90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Ошибки и уроки «пятого» транзита власти в Кыргызстане

01.06.2018 11:01

Политика

Ошибки и уроки «пятого» транзита власти в Кыргызстане

«Если Атамбаев взвесит весь ход событий, приведший к крайне невыгодной для него ситуации, он может выявить для себя несколько своих ошибок. Для Жээнбекова, эти ошибки Атамбаева могут быть уместными уроками на ранней стадии его президентского срока», — об этом подробнее в статье Эмильбека Джураева, специально для CABAR.asia.

Пятая смена власти

Процессу перехода президентской власти от Алмазбека Атамбаева к Сооронбаю Жээнбекову предшествовали четыре других, и каждый случай оставил важные уроки – где-то выученные, где-то подзабытые. Этот пятый переход стоит рассматривать в сравнительном ключе с предыдущими; то есть, как очередной процесс, курс которому был начертан во многом его предшественниками.

Первый случай был в 1990-1991 годах, когда последний советский лидер Кыргызстана Абсамат Масалиев сдал пост в довольно своеобразном стечении обстоятельств Аскару Акаеву, сначала в парламенте, а затем во всенародном голосовании. Второй случай был в 2005 году, когда Аскар Акаев был свергнут в «тюльпановой революции», и власть перешла при весьма неоднозначных событиях к Курманбеку Бакиеву. Третий случай транзита власти в апреле 2010 года, подобно второму, прошел также неординарно, когда на смену бежавшему Бакиеву к власти временно пришла целая группа людей – Временное правительство – под председательством Розы Отунбаевой. Отунбаева, позже утвержденная в статусе президента через референдум на ограниченный срок, передала власть в конце 2011 года, избранному в ходе национальных выборов, Алмазбеку Атамбаеву во время церемонии инаугурации, из рук в руки – в первый раз в этой череде, сделав четвертый случай по своему необычным для страны.

Пятый случай в 2017 году, следуя логике предшествующих лет, должен был быть, опять же, своеобразным. В этой несколько комичной постановке можно не заметить важный момент – при каждом необычном переходе власти, сдавший или передавший кресло человек оставался как бы в проигрыше – либо в очень драматичной форме, как Акаев и Бакиев, либо в менее драматичном, но все же проигрыше, как Масалиев и Отунбаева.

Если не сдавать власть, как того требует закон, то можно прийти к драматичному сценарию. Если передать власть согласно закону, можно оказаться опять же в уязвимом положении. Как сделать так, чтобы передать власть по закону, но не совсем ее сдать?

Так, наверное, должен был стоять вопрос перед Алмазбеком Атамбаевым ближе к концу его президентского срока. Нижеследующее предлагается как возможная логика развития событий в пятом переходе власти, построенная на череде реальных событий.

Задачи и выборы 2017 года

Президент Атамбаев, имеющий чуткое чувство того, что люди хотят слышать – хотя, это чувство часто толкало его к крайностям в красноречии, во всеуслышание объявил сколько ему осталось быть во главе страны сразу же при вступлении в должность, и регулярно потом напоминал об убывающем сроке в течение шести лет.[1] После двух президентов с гибким отношением к закону, народ не очень доверял новому президенту, и понимая это, Атамбаев принципиально делал ударение на ограниченности своего срока и на том, что он это помнит каждый день. А что он хотел бы делать после президентства менялось, согласно ситуации, и с приближением конца срока, этот вопрос обретал все большую серьезность для президента.

Условно, у Атамбаева было три разных сценария, по которым, теоретически, он мог бы действовать. Первый сценарий был тот, который он мог бы «легко» применить, но не стал применять, согласно его неоднократным откровениям: это путь того, чтобы через определенные манипуляции оставаться и дальше в кресле. Конечно, на самом деле, этот сценарий был бы более сложным и чреватым, чем Атамбаев его озвучивал. В конце концов, это поставило бы Атамбаева на один уровень с Акаевым и Бакиевым, чьи имена в устах Атамбаева успели стать нарицательными.

Второй сценарий был тот, который Атамбаев гордо декларировал как свой выбор, но который, на самом деле, он не соблюдал: дать полную свободу демократическим процедурам и народной воле сделать свой выбор, какой бы он ни был, и участвовать в выборах в минимальной степени – лишь для того, чтобы обеспечить равенство и законность процесса для всех. Проблема с этим сценарием, заключалась в том, что при победе случайного и нелояльного кандидата, могли быть серьезные угрозы Атамбаеву и его близкому окружению после его ухода – много было недоброжелателей ему и его соратникам, а институт цивилизованного и легитимного статуса «бывших» не сложился, и сам Атамбаев успел внести свою лепту в то, чтобы он не сложился.[2]

Оставался третий сценарий, который президент и выбрал: уходя, не уйти. Такой сценарий, наверное, выглядел наиболее приемлемым, но оказался гораздо более сложным для реализации, чем мог казаться изначально.

Возможный «переходный план» Атамбаева

Судя по известному ходу событий, реализация сценария по передаче кресла с удержанием власти состояла из довольно многосложной схемы, может даже созданной зарубежными консультантами. Нижеследующее предлагается как возможный план, основанный на очевидных событиях и процессах, и не претендующий на статус правды. Если, на самом деле, не было никакого плана, то выглядело все так, как будто был план. Следующие четыре с половиной шага в этом возможном переходном плане нужно рассматривать с учетом того, что имелось к пятому году президентства Атамбаева.

Первым шагом было внести поправки в действующую конституцию, чтобы пересмотреть разделение полномочий между центрами власти и, в частности, отойти от чрезмерной концентрации власти в руках президента: как признавался Атамбаев, он на своем опыте доказал, что такая концентрация была возможна при действующей редакции главного закона. Предложенные изменения оставляли бы существенную долю власти президенту, если тот сотрудничал с премьер-министром и парламентом, но ограничивали бы его возможности в случае противостояния с ними. Премьер-министр становился более весомым центром, но все же контролируемый со стороны парламента и президента, если бы такое потребовалось. Парламент, доминируемый социал-демократической партией Атамбаева, и согласно планам, должен был стать еще более лояльным в следующем созыве. Именно парламент становился краеугольным элементом в новой конституционной конструкции.

Второй шаг, вызванный – а может лишь усилившийся – очень негативной реакцией на опубликование инициативы конституционного референдума, состоял в том, чтобы нейтрализовать всех весомых оппонентов – Атамбаев выразил в обещании забрать всех старых с собой.[3] Главной целью стал ветеран кыргызской политики Омурбек Текебаев, а последним важнейшим объектом стал второй – Омурбек Бабанов, который изначально рассматривался как наиболее вероятный лидер в выборах, и к которому свое окончательное отношение Атамбаев артикулировал лишь очень поздно перед выборами. Методы нейтрализации были разные, но абсолютно исключался  вариант физического устранения.

Третья составляющая возможного плана – расставить во всех весомых местах своих доверенных людей. Этот процесс был долгим, приведшим ставленников СДПК во множество точек, и лишь кульминировал перед выборами тем, что был назначен новый премьер министр – Сапар Исаков, «правая рука» Атамбаева с прицелом на долгий срок. Но, до вопроса по премьеру, этот шаг включал в себя также вопрос по кандидатуре на президентство. С ощутимым промедлением, в мае 2017 года, выбор пал на Сооронбая Жээнбекова. Есть много возможных стратегических объяснений такому выбору, но в их числе очевидно было одно – Жээнбеков скромный, не очень амбициозный и властолюбивый, и не будет забирать всю власть себе против согласия друга.

Четвертый шаг по плану – обеспечить победу кандидату Атамбаева в выборах. Эта задача реализовывалась с помощью широкого спектра действий, в большинстве своем хорошо знакомых кыргызстанским избирателям и политклассу (с противоположных сторон), но вся полнота этих мероприятий может быть выявлена лишь в будущем.[4] Одно было очевидно: главное заинтересованное лицо всего этого сценария, уходящий президент, принял самое активное участие в выборном процессе в пользу одного кандидата и против второго. Жээнбеков победил в выборах в первом же туре, намного опередив главного конкурента Бабанова.

Заметно было еще одно направление действий, хоть и непонятно, могло ли это быть частью возможного переходного плана: серия судебных дел против критически пишущих журналистов и гражданских активистов, чаще всего за оскорбление чести и достоинства президента. Можно предположить, что более лояльная пресса и отсутствие слишком критичной журналистики должно обеспечить безоблачное, благодушное пост-президентское будущее.

Развал переходного плана

Если что-то, подобное вышеописанному плану, имело место быть, то оно вскоре начало разваливаться.

В заметно скромной церемонии инаугурации в духе «в кругу своих», Атамбаев выглядел не столько уходящим президентом, сдающим пост новому президенту, сколько хозяином церемонии,[5] празднующим результаты своей работы – в том числе, сложной работы по передаче власти своему человеку: в достаточно длинной речи, он несколько раз обращался к новому президенту по-дружески «досум» и «Соке», и зачитал напутствие другу собственного авторства, в котором отдельные строки звучали как предостережение о том, чего не нужно делать. Буквально весь план был реализован, и оставалось лишь малое, как например, назначение ближайшего соратника Атамбаева, Фарида Ниязова, в должности руководителя аппарата президента и получение звания «Герой Кыргызской Республики» из рук друга.

То, что в начале декабря 2017 года выглядело как завершение плана передачи поста для Атамбаева было, наоборот, лишь началом вхождения во власть для Сооронбая Жээнбекова. Конечно же, нет оснований полагать, что Жээнбеков с самого начала собирался перечеркнуть весь сценарий, проработанный Атамбаевым, едва войдя в Белый дом. Но, вскоре проявились разные предпосылки, достаточные, чтобы подтолкнуть Жээнбекова пойти своим путем.

Президент Жээнбеков, тепло принятый казахстанским Президентом Н. Назарбаевым, и сумевший быстро оздоровивить двусторонние отношения, которые были приведены Атамбаевым в токсичное состояние лишь несколькими неделями ранее, должен был и дальше проявлять такие же триумфальные достижения в должности. По разным причинам, которые предстоит лучше узнать в будущем, Жээнбеков либо не мог, либо не хотел работать с тем, чтобы придерживаться статуса «друга» Атамбаева и той схемы, которую экс-президент соорудил было для друга, особенно в паре с подчеркнуто независимым, если не игнорирующим президента, премьер-министром Сапаром Исаковым. Тем более что, какие бы там планы и схемы ни были в Белом Доме, народ дал мандат президентства – главной конторы в стране в народном понимании – Жээнбекову, и ожидал от него действий.

На виду у публики, развал плана Атамбаева начался с нашумевшего выступления Жээнбекова на заседании Совета безопасности 8 февраля 2018 года, в котором президент подверг резкой критике работу по борьбе с коррупцией в последние годы, особенно выделив неудовлетворительную работу Антикоррупционного комитета – детища Атамбаева. Речь была воспринята всеми, включая самого Атамбаева: для экс-президента, возможно, не могло быть более обидного утвреждения, чем сказать, что он ничего не добился в борьбе с коррупцией.

За выступлением последовали увольнения главы АКС и чуть позже, Фарида Ниязова. Пара событий после этого – в частности, съезд СДПК и избрание Атамбаева лидером партии и пресс-конференция экс-президента, где он с обычной для него откровенностью и в не очень уважительном тоне высказал свои претензии к действующему президенту – и процесс смены лиц резко ускорился. Один за другим прошли увольнения руководства ГКНБ и затем Генеральной прокуратуры – двух важнейших репрессивных инструментов власти – и закончились молниеносной отставкой премьер-министра, которому парламент подавляющим большинством показал вотум недоверия, включая много голосов фракции СДПК.

К концу апреля, весь вышеописанный план удержания власти – если подобный план имел место быть – улетучился. Экс-президент Атамбаев становился лидером разваливающейся партии, в открыто плохих отношениях с президентом, все его самые доверенные и нужные кадры были сняты с должностей, и он занялся запуском своего частного телеканала, который, возможно, станет  его важнейшим активом в предстоящих политических перипетиях.

Ошибки и уроки

В традиционно гибкой политической жизни Кыргызстана сложно угадать, в какую сторону будут развиваться события. Но как бы это ни было, если Атамбаев взвесит весь ход событий, приведший к крайне невыгодной для него ситуации, он может выявить для себя несколько своих ошибок. Для Жээнбекова, эти ошибки Атамбаева могут быть уместными уроками на данной ранней стадии его президентского срока.

Возможно, самая роковая ошибка Атамбаева заключалась в том, что он не питал особых сомнений насчет парламента и фракции своей партии в нем. Когда Омурбек Текебаев и многие другие трубили об узурпации власти со стороны СДПК, и при очевидно доминирующей роли фракции в парламенте, возможно, Атамбаев и его советники потеряли бдительность и слишком уверились в своей партии. Социал-демократы в парламенте еще раз подтвердили печальную истину о большинстве партий Кыргызстана: то, что партии являются лишь скоплениями случайных и идейно-гибких бизнесменов-политиков, верность которых своим партиям длится лишь до тех пор, пока членство в партии для них выгодно и безопасно. У Атамбаева, за шесть лет президентства, была хорошая возможность дать партии «повзрослеть», стать самостоятельной, но он не стал упускать узды из своих рук, и партия осталась такой, какой себя проявила.

Вторая ошибка, относящаяся больше к способности читать человеческий характер, состояла в том, чтобы полагать, что Жээнбеков будет спокойно продолжать играть роль младшего друга, к которому можно будет обращаться «Соке» и «Сооронбай», по-свойски. Здесь, и в подобных делах также напрашивается особая манера Атамбаева позиционировать себя и обращаться с другими, но и это тоже требует отдельного изучения в будущем. Тут, наверное, также сыграло определенную роль поведение Сапара Исакова, его почти демонстративная дистанция и автономность от президента. Как бы все ни было, Президент Жээнбеков – сколько бы он ни был скромным, неконфликтным или мягким по характеру – вскоре показал, что не намерен терпеть такое неуважительное отношение к себе.

Еще одна ошибка была связана с ожиданиями, связанными с конституционными изменениями. Усиление позиции премьер-министра в главном законе, из-за которого Исаков наверное и вел себя как премьер в парламентской системе, на самом деле не сделало премьера сильным – из всех тридцати снятий премьеров с должности, снятие Исакова было самым быстрым, и лишь вторым случаем вотума недоверия. Президент взял в свои руки полный контроль над исполнительной властью, как это делал в свое время Атамбаев, и конституционные изменения касательно президентских полномочий, вступившие в силу только после ухода Атамбаева и вступления в должность Жээнбекова, не возымели никакого ощутимого эффекта.

Ввиду всех этих недавних событий, может выйти, что большой ошибкой было вовсе готовить весь этот безопасный сценарий и нейтрализовывать весомые политические фигуры, очень часто по самым надуманным делам и путем искусственно испорченных отношений.

Если бы все они были до сих пор в игре, и смена власти произошла без заготовленных сценариев, возможно, положение Атамбаева как экс-президента было бы сегодня гораздо безоблачнее.

В Кыргызстане, с момента независимости, десяток раз была изменена конституция, президенты менялись пять раз (каждый раз неординарным способом), сменены тридцать премьер-министров, и за последние лишь восемь лет поменялись семь коалиций большинства в парламенте. В итоге, почти никакой из важнейших институтов власти не обрел постоянство, не окреп. Имея такой рекорд за спиной, поверить в то, что можно так организовать власть и так расставить людей, что уйдя из власти, можно будет и дальше оставаться во власти, было большим заблуждением.

Для Президента Жээнбекова, которому все эти ошибки очевидны, из этой истории напрашивается, помимо множества прочих, один большой урок из двух частей. Bо-первых, не пытаться конструировать власть после своего срока, а дать политическому процессу самому свободно создать еe. Люди в политике непостоянны, институты шатки, у человека во власти всегда больше рычагов, чем у человека, сдавшего власть, и нелегитимные конструкции ломать легче всего. Во-вторых, имея первое ввиду, честно, открыто и законно отработать весь свой срок, при этом усиливая – а не подгоняя под себя – институты власти, поддерживая критическое обсуждение в обществе, и плюрализм и конкурентность в политике, чтобы в конце срока бояться было нечего и не возникало необходимости строить лояльную и безопасную для себя новую власть.

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

01.06.2018 11:01

Политика

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

Мигранты. Истинные цифры о преступности

Досье:

Икрамжан Саттарович Илмиянов

Илмиянов Икрамжан Саттарович

экс-советник президента Кыргызстана

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»
20 млрд рублей

вложит "Газпром" в развитие газовой инфраструктуры Кыргызстана

«

Август 2018

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31