90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Передозировка калия. Почему Белоруссия больше не хочет ничего строить в Туркменистане

12.06.2018 17:01

Экономика

Передозировка калия. Почему Белоруссия больше не хочет ничего строить в Туркменистане

Строительство Гарлыкского горно-обогатительного комбината в Туркменистане стало крупнейшим зарубежным проектом белорусских подрядчиков. Однако во время реализации этого проекта компания «Белгорхимпром» столкнулась с таким количеством сложностей, что предпочла отказаться от заключения контракта на строительство второго такого же предприятия. На днях в СМИ появилась информация о том, что туркменские власти до сих пор, более чем через год после завершения строительства, не рассчитались с белорусскими партнерами. Отчетность «Белгорхимпрома» свидетельствует, что финансового успеха строителям проект точно не принес. История Гарлыкского комбината наглядно демонстрирует сложности, с которыми иностранный бизнес сталкивается в Туркменистане.

Недоступный калий

Крупное месторождение калийной руды было открыто неподалеку от местечка (поселка) Гарлык на северо-востоке Туркменистана в 1960-х годах. Советские специалисты попытались организовать добычу руды и производство удобрений, однако вскоре стало ясно, что имевшиеся на тот момент технологии не позволяли вести разработку этого месторождения. Проект был законсервирован до лучших времен.

В годы независимости власти Туркменистана решили, что лучшие времена наконец настали. Некоторое время они пытались наладить добычу калия самостоятельно, но в результате пришли к выводу, что без зарубежной помощи не обойтись. Выбор пал на Белоруссию, которая на тот момент обеспечивала около трети экспорта калия во всем мире. Компания «Белгорхимпром», контрольным пакетом акций которой владеет «Беларуськалий», накопила масштабный опыт строительства предприятий по производству калийных удобрений.

В 2009 году в ходе заседаний межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству была достигнута договоренность о строительстве Гарлыкского горно-обогатительного комбината силами «Белгорхимпрома». Стоимость проекта оценили в $1 млрд. Строительство планировалось осуществить «под ключ» – белорусские специалисты должны были спроектировать комбинат, построить шахты и фабрику по переработке руды, возвести административные здания и склады, а также подготовить туркменские кадры для работы на предприятии и помочь организовать сбыт удобрений. В январе 2010 года эти договоренности были закреплены в контракте, который предусматривал реализацию проекта до конца 2015 года.

Белорусские специалисты приступили к научным изысканиям, в ходе которых обнаружили, что задача является гораздо более сложной, нежели предполагалось. До прихода белорусских ученых тектонические условия месторождения были плохо изучены. Только после заключения контракта выяснилось, что приток грунтовых вод значительно превышает расчетные показатели. Из-за этого строителям необходимо было применять метод бурения с заморозкой грунта, причем никто не знал, как заморозка будет работать в условиях туркменского климата. Температура в окрестностях Гарлыка летом поднимается до 60 градусов по Цельсию. Тем не менее, белорусы сочли задачу выполнимой и в конце 2011 года приступили к строительству.

Стройка века

Власти Туркменистана настояли на том, что большинство рабочих на строительстве комбината должны быть местными. По данным белорусской стороны, к строительству разрешили привлечь 30% иностранных специалистов. В свою очередь, туркменская сторона утверждала, что «Белгорхимпрому» разрешили использовать 40% иностранных рабочих – и это беспрецедентно много для Туркменистана. Обычно зарубежным партнерам позволяют задействовать в работах на территории страны не более 10% иностранцев.

Так или иначе, впоследствии председатель Совета Республики Национального собрания Белоруссии Михаил Мясникович заявил, что необходимость исправлять ошибки за туркменскими коллегами сильно замедляла работу белорусских строителей. Туркменские официальные СМИ в ответ объявили, что претензий к качеству работы туркменских строителей высказано не было. Кроме того, туркменская сторона подчеркнула, что контракт ограничивал процентное соотношение, а не общее количество рабочих. То есть при желании «Белгорхимпром» мог увеличить число белорусских специалистов – но одновременно нанять и дополнительных туркменов.

Помимо кадровых сложностей, у строителей возникли трудности с погодой. Из-за сильной жары трудиться приходилось в ночное время. Работы велись с 17 часов вечера до 11 часов утра. Этот период был разбит на две девятичасовых смены. 11 января 2013 года в районе Гарлыка произошла буря, повредившая оборудование. «Белгорхимпром» требовал от туркменских властей компенсации нанесенного ущерба, но было ли удовлетворено это требование – осталось неизвестным.


Гарлыкский горно-обогатительный комбинат. Фото с сайта Infoabad.com

Белорусские рабочие трудились в Туркмении вахтовым методом. Смена длилась в среднем три месяца, остаться на больший срок было проблематично из-за тяжелых климатических условий. Один из рабочих рассказал нашему изданию, что сложности создавал не только климат. С одной стороны, для строителей комбината были созданы гораздо более выгодные условия, чем для большинства иностранных гостей. Они без каких-либо сложностей получили визы, перед приездом в Гарлык им позволили погулять по ночному Ашхабаду (хотя обычные иностранные туристы обязаны возвращаться в гостиницы к 22:00). В то же время работать на стройке приходилось в режиме перманентного аврала по 10-12 часов в день. В течение всей рабочей недели действовал запрет на выход из строительного городка, а на выходных в Гарлыке было нечем заняться. Также нашему собеседнику не понравились строгие ограничения курения, из-за которых ему один раз пришлось заплатить крупную взятку полицейским.

Срыв сроков и конкуренция

В 2013 году в сообщениях о ходе строительства появились первые намеки на «небольшое отставание от графика». Впрочем, тогда еще утверждалось, что это отставание будет преодолено в течение нескольких месяцев. В 2014 году стало ясно, что построить комбинат к концу 2015 года все же не получится. Срок завершения проекта перенесли на конец лета – начало осени 2016 года. Глава «Белгорхимпрома» Сергей Шемет заявил: «Те работы, которые не зависят от воздействия природных факторов, будут выполнены в контрактный срок. Остальные – максимально быстро с учетом реалий».

Некоторые аналитики предполагали, что замедление работ объясняется не только объективными сложностями. Якобы власти Белоруссии только после подписания контракта поняли, что своими руками создают конкурента собственному производителю калийных удобрений – компании «Беларуськалий». Сомнительно, что понимание ситуации пришло к белорусской стороне так поздно, однако тема конкуренции действительно активно обсуждалась.

В 2011 году на переговорах в Ашхабаде была достигнута договоренность об экспорте продукции Гарлыкского комбината через «Беларуськалий». «Учитывая, что наши специалисты строят это предприятие и здесь сосредоточен весь инженерный потенциал, нам бы хотелось, чтобы в будущем экспорт калийных удобрений шел через одну компанию – БКК», – заявил глава «Беларуськалия» Владимир Николаенко. Однако за последующие несколько лет эта идея была отвергнута. В 2017 году гендиректор «Беларуськалия» Елена Кудрявец озвучила новую позицию руководства предприятия. По словам Кудрявец, Гарлыкский комбинат не может составить конкуренцию белорусским производителям, потому что Туркменистан и Белоруссия расположены слишком далеко друг от друга.

Торжественное открытие и неторжественные результаты

Строительство комбината было завершено в марте 2017 года – примерно на полтора года позже, чем планировалось. В честь этого события стороны временно забыли все накопившиеся разногласия. В торжественной церемонии открытия приняли участие президенты Туркменистана и Белоруссии Гурбангулы Бердымухамедов и Александр Лукашенко. Их встречали возле комбината дети в национальных костюмах, музыканты с национальными инструментами и, конечно, будущие рабочие предприятия.


Президенты Туркмении и Белоруссии на церемонии открытия Гарлыкского комбината. Фото с сайта Infoabad.com

Лукашенко заявил: «Вместе мы реализовали грандиозный проект, который принес ощутимую пользу нашим народам. Желаю вам, чтобы вы осуществили свои планы по строительству еще двух таких комплексов и чтобы Туркменистан стал флагманом калийного производства во всем центральноазиатском регионе». Вместе с тем, он подвел черту под разговорами о конкуренции: «Хоть вы и наши конкуренты фактически, но туркменский народ, имея такие полезные ископаемые, заслужил, чтобы мы смотрели друг на друга не как конкуренты, а, как говорили в советские времена, соревнующиеся в социалистическом соревновании народы и государства».

Однако пока Туркменистан очень далек от победы в соцсоревновании. В мае 2017 года журналисты, проанализировав официальные отчеты о работе Гарлыкского комбината, пришли к выводу, что предприятие работает на 7% от проектной мощности. На тот момент комбинат добывал по 1000-1500 тонн руды в день. Такими темпами можно получить не более 0,5 миллиона тонн руды в год, то есть 100 тысяч тонн чистых калийных удобрений. Между тем, по проекту предприятие должно производить 1,4 миллиона тонн калийных удобрений ежегодно.

Возможно, частично проблемы связаны с дефицитом кадров. Для работы на комбинате в Белоруссии были подготовлены 176 туркменских специалистов с высшим образованием, 46 специалистов со средним специальным образованием и 82 узкопрофильных рабочих – то есть в общей сложности 304 человека. Это довольно мало, если учесть, что всего на комбинате насчитывается две тысячи рабочих мест.

В апреле 2018 года президент Бердымухамедов объявил, что во время инспекции комбината были выявлены недостатки. По словам президента, «белорусские специалисты, являющиеся генеральными подрядчиками строительства гарлыкского ГОК, не в полной мере выполнили свои договорные обязательства».

Финансовый вопрос

Безусловно, в ходе реализации столь сложного проекта между сторонами возникали и финансовые разногласия. В сентябре 2016 года председатель Совета Республики Белоруссии Мясникович выразил «крайнюю обеспокоенность в связи с продолжающимся несоблюдением туркменской стороной взятых на себя финансовых и иных обязательств по реализации указанного проекта». Туркменская сторона в ответ обвинила «Белгорхимпром» в невыплате зарплат местным рабочим.

Ситуация с зарплатами белорусских строителей, кстати, тоже оказалась непростой. С одной стороны, рабочий, беседовавший с нашим изданием, заявил, что без каких-либо проволочек получил за вахту обещанную $1 тыс. С другой стороны, в 2017 году белорусские профсоюзные активисты сообщили о невыплате зарплаты и командировочных бетонщику, который трудился на возведении Гарлыкского комбината по контракту с субподрядной организацией «Белмонтажхимзащита». В общей сложности наниматель остался должен рабочему 14 тысяч белорусских рублей ($6,9 тыс). Бетонщик доказал справедливость своих претензий в суде и получил исполнительный лист, однако о погашении долга СМИ в итоге так и не сообщили.

Что касается оплаты самого контракта за возведение комбината, то в последний раз эта тема официально обсуждалась в мае 2017 года – через два месяца после завершения строительства. Тогда заместитель премьер-министра Белоруссии Анатолий Калинин заявил: «Беларусь выполнила все свои обязательства по введению объекта в эксплуатацию, и сейчас мы ожидаем окончательного расчета, с тем чтобы со своей стороны рассчитаться с субподрядными организациями и поставщиками материалов». После этого официальные источники не сообщали о ходе погашения долга.

В июне 2018 года два неофициальных источника сообщили агентству Reuters, что Туркменистан до сих пор должен «Белгорхимпрому» внушительную сумму. Один из источников назвал даже конкретную цифру – $52 млн. Желая проверить эту информацию, белорусские журналисты исследовали отчетность «Белгорхимпрома». Результаты оказались неутешительными. Официально общая сумма задолженности всех туркменских партнеров перед компанией составляет лишь 33 миллиона белорусских рублей ($16,5 млн). Но даже если информация о сумме долга неверна – все равно никак нельзя сказать, что предприятие разбогатело после реализации туркменского проекта. 2016 год «Белгорхимпром» завершил с убытками в размере 95,8 миллиона белорусских рублей ($47,9 млн), 2017 год – со скромной прибылью в размере 4,4 миллиона рублей ($2,2 млн). По состоянию на 1 января 2018 года остаток на счетах компании составил 1 тысячу рублей ($499,6).

Неудивительно, что в сентябре 2017 года Белоруссия вежливо отказалась от предложения возвести такой же комбинат на другом туркменском калийном месторождении, в сорока километрах от Гарлыкского. Гендиректор «Беларуськалия» Иван Головатый кратко пояснил, что «Белгорхимпром» не устроили условия, предложенные туркменскими властями. Похоже, в Белоруссии пришли к выводу, что реализация самого крупного в истории зарубежного проекта далась слишком дорогой ценой.

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Источник информации: http://www.fergananews.com/article.php?id=10002

Показать все новости с: Гурбангулы Бердымухамедовым

12.06.2018 17:01

Экономика

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

1945

Досье:

Райкан Касымбекович  Тологонов

Тологонов Райкан Касымбекович

Депутат Жогорку Кенеша КР V созыва

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»

Дни рождения:

4,3%

рост ВВП Казахстана в 2014 году

«

Август 2018

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31