90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Безопасность стран Центральной Азии в контексте «афганской угрозы» - часть II

Безопасность стран Центральной Азии в контексте «афганской угрозы» - часть II

Российские аналитики предупреждают - этой весной сильно вырастет угроза вторжения исламских радикалов с территории Северного Афганистана в страны Средней Азии.  Данный доклад содержит информацию о том, как ОДКБ готовится к отражению возможной угрозы. 



StanRadar.com приводит текст доклада Евразийского Аналитического Клуба полностью, в двух частях:
Первая часть документа доступна по этой ссылке.

... Источником наибольших угроз может считаться бандподполье Таджикистана, возможности которого были сильно ослаблены полицейскими операциями 2011-2013 гг, однако в результате обострения конфликта между республиканскими властями и запрещенной к настоящему моменту ПИВТ - существует риск подпитки рядов радикалов за счет сторонников запрещенной организации.

Менее ясна ситуация с готовностью к отражению террористических атак Узбекистана и Туркменистана, которые не входят в ОДКБ и проводят политику ограниченного сотрудничества с организацией.


Ситуация в Узбекистане

В частности, Узбекистан, видимо, ведет лишь обмен оперативной информацией спецслужб о линии СНГ, Туркменистан – практически полностью закрывается от контактов в связи с идеологией «нейтралитета» и долгое время категорически отрицал на уровне публичной риторики саму возможность проблем на границе с Афганистаном.

Осенью 2015 года, после нападения талибов на Кундуз, показавшего их способность проводить масштабные операции против регулярных войск, Узбекистан и Туркменистан создали неформальную ось по отражению «афганской угрозы».

Узбекистан делает ставку на отражение угрозы путем укрепления пограничной зоны силами войск СНБ и прикрепленных сил, включая добровольные отряды «Чегарапосбонлари» («Стражи границ»). Общая численность силовиков позволяет обеспечивать достаточный уровень контроля над сравнительной небольшой пограничной зоной (длинной 137 км), хотя, по сообщениям некоторых региональных экспертов, уровень «прочности» афганской границы сократился в 2014-2015 гг, а случаи ее криминальных нарушений участились.

Также взят курс на ликвидацию радикальных организаций внутри страны. На решение этой задачи была, в частности, направлена операция МВД «Тозалаш» («Чистка»), проведенная в декабре 2015 года, преимущественно в «районах компактного проживания граждан» (махалы), в ходе которой было проверено более 7 млн объектов. Впрочем, в республике циркулируют упорные слухи о работе в стране террористического подполья, связанного с ДАИШ, которые опровергают официальные власти.

Вероятно, силы РУ способны отразить угрозу прорыва боевиков, учитывая значительные возможности силовых структур и небольшую протяженность границы, которую охраняют около 10 тысяч бойцов войск СНБ. Также власти располагают армией численностью более 60 тысяч человек, которая считается наиболее сильной в регионе. Ее уровень достаточен для борьбы с плохо вооруженными отрядами афганских экстремистов.

Армия Узбекистана

Достаточно хорошим должен быть признан уровень национальных разведслужб, которые, судя по мнению большинства экспертов, ведут активный мониторинг ситуации в Афганистане и Пакистане, и считаются одними из наиболее успешных в регионе. Агентурной работе, вероятно, способствуют исторические связи с этническими узбеками Северного Афганистана.

Большие риски связаны с проникновением в республику малых групп экстремистов и работой экстремистского подполья по подготовке терактов. Учитывая уровень закрытости Узбекистана, уровень контроля властей над сельскими районами, особенно на территории Ферганской долины, плохо поддается оценке. Некоторые узбекистанские эксперты высказывают убежденность, что уровень влияния официальных властей во многих махалах невысок, а жизнь в большей степени контролируют неформальные религиозные и общественные институты. С другой стороны, «Тозалаш» и активизация работы СНБ в 2014-2015 гг. как раз направлена на решение этих проблем.

 

Ситуация в Туркменистане

Гораздо сложнее ситуация в Туркменистане, силовые структуры которого значительно слабее, чем в соседней республике. По данным 2013 года, численность национальной армии достигает 18,5 тысяч человек, включая пограничные войска, хотя в 2014-2015 гг проводилась мобилизация резервистов, так что фактическая численность армии может достигать 20-25 тысяч человек. По косвенным данным, заметная часть парка военной техники, в особенности советских танков Т-72 и ВМП, находится в нерабочем состоянии. Уровень подготовки личного состава плохо поддается оценке, большинство экспертов оценивают его скептически, учитывая слабость республиканской учебной базы, отсутствие опыта реальных боевых действий, проблему некомплекта офицерских кадров, о которой сообщают некоторые источники.

В течение 2015 года, по данным альтернативной прессы, более 70% вооруженных сил республики было сосредоточено в южных районах страны для отражения возможных атак с Юга. Ашхабад вкладывает большие средства в оборудование границы и повышение численности регулярной армии, что является непростой задачей с учетом сокращения поступлений валюты от экспорта нефтегазовых ресурсов. Одновременно, по некоторым данным, с 2014 года наращивается численность МВД в крупных городах преимущественно за счет кадров из сельской местности.

В вопросах контроля ситуации в приграничных районах Туркменистан (общая протяженность границы – 744 км), видимо, полагается на связи с этническими туркменами на северо-западе Афганистана, общинам которых посольство республики в Кабуле оказывает финансовую поддержку. В регионе действует несколько «туркменских» вооруженных отрядов самообороны, однако в условиях роста численности талибов в Фарьябе и Джаузджане они мало что могут противопоставить экстремистам. Приграничная полоса Герата практически полностью контролируется Талибаном, а присутствие там даже официальных властей – невелико.

Собственные агентурные возможности туркменской разведки оцениваются, как ограниченные, что является побочным эффектом закрытости республики, которая не может не затруднять оперативную работу. По мнению региональных экспертов, у МНБ республики невысокий уровень технического оснащения и дефицит грамотных кадров, которые сложно подготовить внутри республики. Проблемы в сфере работы спецслужб косвенно подтверждает отставка бывшего главы МНБ в октябре 2015-го и публичный выговор его преемнику Г. Ходжабердиеву уже в январе 2016-го, хотя тот не успел проработать в новой должности и 100 дней. Предположительно, данная риторика может отражать наличие серьезных проблем в работе учреждения.

Уровень проблемы бандподполья в республике неясен также из-за избыточной закрытости информационного поля Туркменистана. В 2013-2014 гг власти ликвидировали ряд ячеек запрещенных организаций, связанных с «Хизб-ут Тахрир», ИДУ-ИДТ, а также «Хизмат» («нурсисты»), существование которой долгое время игнорировалось по политическим причинам. По имеющимся данным, их кадровую основу составляли представители криминальных группировок юго-востока республики, связанных с контрабандой наркотиков из Афганистана, и молодежь, «заразившаяся» экстремистскими идеями при обучении за рубежом, в т.ч. на территории Турции.

Уровень их опасности для государственного порядка Туркменистана – не ясен. Риск массовых оппозиционных выступлений пока невелик, однако уровень присутствия экстремистов вполне позволяет обеспечить работу в республике групп террористов, забрасываемых из Пакистана и Сирии.

 

Общие выводы

Практически все страны Центральной Азии осознают риски террористических атак с территории Афганистана в течение 2016 года и ведут подготовку к их отражению. Работа стран ОДКБ сконцентрирована на укреплении пограничья Таджикистана с целью недопущения массового прорыва боевиков со стороны афганских Бадахшана и Кундуза, а также сотрудничество спецслужб по предотвращению проникновения малых групп террористов вглубь территории стран Организации с целью совершения терактов.

Подобные попытки были зафиксированы в 2013-2015 гг в Таджикистане, Кыргызстане и России, но, в основном, успешно предотвращены. Оборона границы Таджикистана с учетом поддержки КСОР и ВС России может быть признана достаточно надежной.

Угрозы представляет узбекистано-туркменистанский «фланг», ограничено взаимодействующий с ОДКБ, что создает риск внезапных прорывов боевиков сквозь их территорию в пограничье Западного Казахстана. Объективный анализ состояния армии и органов госбезопасности Узбекистана позволяет считать риски на этом направлении – небольшими, однако ситуация в Туркменистане значительно хуже, и объективная готовность к отражению террористических атак с Юга остается под вопросом. Судя по всему, власти республики вели в 2014-2015 гг работу по укреплению боеспособности и увеличению численности армии, однако работа спецслужб, судя по публичной критике президента, остается неудовлетворительной.

Фактическая вероятность атак боевиков Талибана и афганского ДАИШ против той или иной страны СНГ в изучаемый период определяет уровнем сопротивления и рисков для нападающих в случае реализации своих замыслов на том или ином конкретном направлении.

 

Евразийский Аналитический Клуб – международная исследовательская организация, занимающаяся изучением процессов экономической интеграцией и сотрудничества в сфере безопасности на постсоветском пространстве.

 

Безопасность стран Центральной Азии в контексте «афганской угрозы» (доклад ЕАК) - часть I

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Правила комментирования

comments powered by Disqus
телеграм - подписка black

Досье:

Шамиль Есенжанович Атаханов

Атаханов Шамиль Есенжанович

экс вице-премьер Кыргызстана

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»
$25,7 млрд

объем инвестиционной программы "Газпрома" в 2014 году

Какой вакциной от коронавируса Вы предпочли бы привиться?

«

Декабрь 2023

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31