90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Астана балансирует на шелковых нитях Китая и США

17.01.2014 19:22

Политика

Астана балансирует на шелковых нитях Китая и США

Заместитель министра иностранных дел Кайрат Сарыбай заявил, что Казахстан готов активно участвовать в китайском варианте возрождения Великого шелкового пути, видимо, отдав предпочтение в этом вопросе КНР, а не США.

«Казахстан готов принять активное участие в реализации масштабного проекта, который будет охватывать сферы, включающие экономику, торговлю, инвестиции и культуру», - заявил Сарыбай во время встречи с послом КНР в Казахстане Лэ Юйчэнем.

Стоит отметить, что о китайском варианте реанимации Великого Шелкового пути лидер КНР Си Цзиньпин заявил во время выступления в университете Назарбаева осенью 2013 года, в ходе его официального визита в РК. «Китай и Центральная Азия могут сформировать экономический пояс шелкового пути для возрождения торговли и обменов на древнем маршруте», - сказал глава Китая.

Во время третьей пленарной сессии Центрального комитета Коммунистической партии Китая осенью 2013 года был принят официальный план экономического пояса нового Великого шелкового пути.

Между тем, в свое время, свой вариант возрождения древнего маршрута предлагали США.  О готовности участвовать в нем  Казахстан ранее также заявлял.  Напомним, что еще в далеком  1993 году в Брюсселе Европейская комиссия организовала встречу представителей Центральной Азии,  Кавказа и Европейского Союза. Тогда и была озвучена цель «New Silk Road» -  интеграция в мировую экономику новых независимых государств Центральной Азии и Кавказа.

Через разветвленную транспортную и коммуникационную сеть, путем осуществление проекта ТРАСЕКА – транспортного коридора Европа – Кавказ – Азия.  Несмотря на то,  что еще летом 1998 года 12 стран Кавказа и ЦА при содействии США подписали соглашения о создании железнодорожного, морского, воздушного и автомобильного транспортного коридора из Китая и Монголии в Европу, в обход России, но этот план до сих пор не реализован. В свою очередь в последние годы с идеей возрождения Великого шелкового пути стал активно выступать Китай. 

Концепция КНР отличается от американского видения тем, что все основные маршруты, соединяющие Европу и Центральную Азию, должны проходить через Китай. Видимо, поняв, что западный проект оказался  долгоиграющим, и с неочевидными шансами на реализацию, руководство РК решило отдать предпочтение китайцам, не исключая возможность принять участие и в американском варианте проекта. То, что противостояние за маршруты из Центральной Азии в Европу будет усиливаться, открыто говорят и сами американские специалисты.

 «Соединенные Штаты должны взять инициативу в свои руки и выработать долгосрочную стратегию для региона. Мы должны проложить в регион Новый Шелковый путь, потому что если мы этого не сделаем, то этот пробел восполнят другие, например Россия, Китай», – заявил  в ноябре 2013 года в Вашингтоне Адиб Фархади, эксперт  Института Центральной Азии и Кавказа при Университете Джона Хопкинса.

Ведущий эксперт из Российского института стратегических исследований, кандидат исторических наук Аджар Куртов считает, что американский, или точнее западный план Великого шелкового пути, проигрывает китайскому проекту. Во-первых, западный проект был чрезмерно идеологизирован и ангажирован соображениями геополитики, а вовсе не экономики. Основную цель США и вообще Запад  видел отнюдь не в экономическом возрождении старого торгового пути и не в помощи экономическому восстановлению Центральной Азии. Цель была иная - оторвать постсоветский регион Центральной Азии от России, но усиливать при этом Китай, что вытекало бы в случае осуществления данного проекта, Вашингтон явно не стремился. А Китай наоборот, сделал приоритет не на идеологии и не на геополитики, по крайней мере - в настоящее время, Пекин прямо говорит об экономических преимуществах, на них он делает ставку. Конечно,  и в такой позиции есть изрядная доля лукавства. Ведь большой экономики, завязанной на внешний рынок, без политики просто нет. Кроме того Пекин  получит наибольшие выгоды от возрождения Великого шелкового пути.

«Ведь что такое китайский проект: это масштабное обустройство нового направления китайской торгово-экономической экспансии на внешние рынки. Понятно поэтому, что, выбирая между западным проектом и китайским, Казахстан, и не только он, соблазнился блеском китайского золота. А вовсе  не красотой либеральных западных идеологем. Проще говоря, американцы и китайцы использовали разные "способы рыбной ловли": первые просто забрасывали в воду крючок без наживки, надеясь что "глупые центральноазиатские рыбы" на него клюнут. А китайцы были более рациональны: они десятилетиями "приваживали рыбу", а затем насадили на свой крючок жирного червяка. Конечно, их приманка и их способ ловли могут быть более продуктивными. Но по большому счету: неважно, на чей крючок попадется рыба, важно, что, в конце концов, удочка находится в руках внешнего по отношению к водоему рыбака»,- подчеркнул Куртов.

Эксперт отметил, что китайский проект вполне продуман, он, может быть реализуем, по крайней мере, он явно конкурентоспособен по сравнению с остальными. Но не надо слепо верить "рекламной кампании" китайцев, нечто подобное они не раз проводили в других странах, в частности в Юго-Восточной Азии. Китайцы решили свои проблемы, получили доступ к ресурсам, доступ на новые для них рынки сбыта. Они усилили за счет этого собственную экономику. Она действительно получила в таких проектах мощный импульс для развития. А странам партнерам достались крохи. И такая же участь  может быть и у стран Центральной Азии.

«Понятно, почему Китаю важен, прежде всего, Казахстан. Ведь экспансию эффективней начинать с сопредельной территории. А из трех граничащих с КНР центральноазиатских государств именно Казахстан более привлекателен. Во-первых, в Казахстане есть большие ликвидные природные ресурсы, в Кыргызстане их мало, а в Таджикистане, помимо того, что их также мало, они еще и труднодобываемы. Во-вторых, это Казахстан граничит с двумя другими - несопредельными с КНР странами Центральной Азии - Узбекистаном и Туркменистаном, а значит, через его территорию можно проникать и туда. В-третьих, рельеф местности  - равнина против высокогорья также говорит в пользу Казахстана: ведь те же железные дороги дешевле строить и эксплуатировать именно при размещении на равнинных участках. Наконец, Казахстан - это самое успешное из центральноазиатских государств. Его пример может быть заразителен. Даже если Пекин это не афиширует, то китайский проект Великого шелкового пути - это конкурентный проект по отношению к Евразийскому экономическому союзу. Это же понятно любому, если мы отбросим политкорректность. А раз так, то ориентируясь на Казахстан, китайцы решают еще одну важную для них задачу: они пытаются перетянуть на свою сторону участника проекта Евразийского экономического союза. То есть они нейтрализуют один проект ради победы своего собственного. Вполне продуманная стратегия. Рыбная ловля вообще - это искусство: один рыбак может целый день просидеть на водоеме без поклевки, а у другого целый кукан рыбы», - сказал Куртов.

Старший научный сотрудник КИСИ, аналитик центра изучения Китая в Центральной Азии "Синопсис" Руслан Изимов считает, что некорректно говорить о том, что Астана приняла принципиальное решение поддерживать китайский проект Шелкового пути в противовес американскому. Как известно, основная суть американского проекта «New Silk Road» сводилась к тому, чтобы объединить Центральную Азию с Афганистаном и расширить присутствие США в регионе под видом содействия безопасности. А истинной целью проекта Белого дома было и является стратегическое окружение и сдерживание своего самого большого врага – Китая. Естественно, такие перспективы Казахстану, да и остальным республикам региона, не кажутся привлекательными. Но это вовсе не означает, что китайский проект не преследует никаких корыстных геополитических целей, которые могут войти в противоречие с интересами Казахстана. Судить об этом достоверно мешает отсутствие официального обоснования или конкретного плана действий и механизмов реализации китайской инициативы. Пока же мы можем судить о проекте лишь по выступлению Си Цзиньпина в Назарбаев Университете. При этом нельзя не отметить явное стремление Пекина при помощи указанного проекта укрепить свое положение в регионе ЦА. В этом плане вопреки распространённому мнению, основный упор Пекин делает не на сильных Астану и Ташкент, а на более слабых Бишкек и Душанбе, считает эксперт.

Так, в Кыргызстане к концу года разгорелись нешуточные дискуссии относительно вступления КР в Таможенный союз. Здесь как раз и были заметны эффекты долговой зависимости Бишкека от Китая.  В Кыргызстане китайские власти открыто предлагают отказаться от вступления в интеграционный блок с Россией и присоединиться к проекту «Экономического пояса вдоль Шелкового пути». Анализ содержания китайского проекта показывает, что он уже очень смахивает на проект создания Зоны свободной торговли на пространстве ШОС. Последнюю инициативу Пекин активно лоббировал в рамках организации. Но встретил твердое сопротивление со стороны Москвы. Вероятно, в Пекине решили «зайти с другой стороны», предлагая ту же инициативу, но уже не в рамках ШОС, рассчитывая при этом на экономически слабые государства региона, которые могут поддержать китайский проект.

 «Казахстанское руководство, скорее всего, будет продолжать проводить политику балансирования между центрами силы. Принимая участие в китайском проекте, Астана будет преследовать исключительно собственные национальные интересы. К тому же у китайского проекта есть привлекательные моменты. В этом плане уместно отметить, что президент Нурсултан Назарбаев лично неоднократно выступал в пользу воссоздания Великого шелкового пути. Он отмечал, что данный проект призван содействовать становлению Казахстана как торгового, логистического и делового хаба в Центральной Азии. Главным элементом «Нового шелкового пути» должен стать транспортно-логистический хаб, который будет создан при национальном перевозчике «Казахстан Темир Жолы». Для этого предлагается на западе Казахстана расширить морской порт Актау и построить логистический центр в Актобе, и эти объекты должны стать западными воротами Казахстана для выхода в прикаспийский регион и в Европу», - считает Руслан Изимов.

Эксперты отмечают, что, несмотря на тот факт, что государства Центральной Азии не имеют выхода к мировым океанам, два "шелковых пути" позволяют региону сохранять и даже повышать интерес к себе со стороны мировых держав. Две концепции также должны говорить о том, что приоритетным направлением на последующие годы будет экономика. Это обусловлено не только китайским прагматизмом, который в рамках того же ШОС пытался расширить организацию в сторону экономики, но и тем, что Вашингтон постепенно отходит от риторики "войны с террором", пытаясь успешным образом закрыть страницу войны в Афганистане. Для Вашингтона с самого момента получения государствами Центральной Азии независимости было крайне важно интегрировать экономики стран в мировую экономическую систему на выгодных для себя условиях. Так и сейчас для  США важно, чтобы страны региона смогли вписаться в эту систему и вступили в ВТО, уважая нормы и принципы рыночной экономики. Тут кстати интересы Вашингтона и Пекина пересекаются, ведь членство государства ЦА в ВТО гораздо легче позволит притворить в жизнь задуманные планы. 

Эксперт Института евразийских исследований Данияр Косназаров отметил, что  как Китай, так и США готовы воспользоваться транзитным потенциалом и другими возможностями региона для дальнейшего укрепления собственных позиций в экономическом мире. Не исключено, что оба государства выработали свои стратегии, исходя из соперничества на глобальном уровне между собой. Для  Казахстана же важно знать, как инкорпорирование скажется на качестве интегрированности в мировую экономическую систему. Это также вопрос торгов и переговоров. У Вашингтона и Китая имеются целый ряд действенных рычагов, которые имеют существенное воздействие на государства региона. Влияние обоих государств значимо и без самих стратегий "Шелковых путей". Вместе с тем, такие стратегии показательны тем, что они умеют привлекать к себе внимание, становясь частью реалий центральноазиатского региона. Обе концепции рассматривают страны региона в совокупности, обобщая их. Отсюда можно будет предположить, что объединение региона в большей степени происходит по причине глобальных амбиций мировых держав, тогда как сами государства Центральной Азии все также далеки от нахождения общего языка друг с другом, полагает аналитик.

«Что касается России, продолжая рассматривать регион с призмы "Новой большой игры", отметим, что проект евразийской интеграции заметно повлиял и на расчеты Вашингтона и Пекина, и это сказалось и на самих концепциях "Шелкового пути". Оба государства пристально следят за реализацией евразийской интеграции и работой Таможенного Союза. На лицо конкуренция интеграционных проектов», - отметил Косназаров.

Главный редактор журнала "Геополитика", руководитель администрации Международного общественного движения "Евразийское движение" Леонид Савин считает: Казахстан в больше степени отдает предпочтение китайскому варианту проекта возрождения Шелкового пути потому, что, несмотря на многолетние попытки Вашингтона навязать собственное видение, так и не было выработано ясное видение, которое бы четко регламентировало пошаговую его  реализацию. Он отметил, было очевидно, что американский проект работает по принципу: "разделяй и властвуй" и являлся прикрытием для геополитических амбиций
Белого дома в регионе.

«КНР пошла по другому пути. Вместе со стратегией многополярности возрождение Шелкового пути является реальным набором действий, которые связывают политические договоренности, экономические планы и межкультурные программы. В глобальном плане этот проект является своего рода серединным путем на карте Евразии, вместе с Арктическим маршрутом и "Жемчужным ожерельем", протянувшимся от Шанхая до Африканского побережья. Казахстан является естественным и историческим маршрутом для этого проекта. Ряд договоренностей с китайской стороной Астаной уже достигнуты. Сюда относятся работы по трансконтинентаьному транспортному коридору,  железнодорожные маршруты и газопроводы, создание нового пропускного пункта "Хоргос". В дальнейшем транзитные возможности Казахстана могут быть использованы Россией и Китаем для выхода в Иран через Туркмению. Поскольку сейчас Казахстан и Россия имеют общее таможенное пространство, то общим интересом будут являться протекционистские меры от ряда китайских товаров. Но в целом интересы Москвы и Пекина по данному проекту, как контрдействию США, совпадают», - считает Савин.

Координатор проектов по внешней политике института мировой экономики и политики Аскар Нурша отметил kursiv.kz, что в информационном пространстве часто утверждается, что Казахстан и в целом страны Центральной Азии не поддерживают предложенный США проект «Нового шелкового пути», который является переизданием концепции «Большой Центральной Азии», выдвинутый республиканской администрацией. Появление проекта связывают с геополитической конкуренцией между США и Россией в регионе. Между тем, еще в апреле 2006 года в своем выступлении в Кабуле, в те годы министр иностранных дел Казахстана Касым- Жомарт Токаев от имени республики выразил поддержку данной идее с важной оговоркой, что «Большая Центральная Азия должна восприниматься, прежде всего, как цивилизационное и экономическое понятие, но не в контексте военной доктрины». Вынеся за скобки геополитические аспекты, страны Центральной Азии нашли для себя в данном проекте новые возможности для расширения экспорта в Афганистан, сочтя полезным, если США и другие международные доноры инвестируют средства в развитие транспортно-коммуникационной инфраструктуры в южном направлении. Политически американский проект давал возможность центральноазиатским странам уравновесить российское присутствие и диверсифицировать внешнеполитические и внешнеэкономические контакты в рамках многовекторной политики. С ухудшением экономической ситуации в странах региона и ослаблением американского присутствия «Новый Шелковый путь» все больше воспринимался как инструмент привлечения инвестиций и пополнения местных бюджетов.

«Политическая и военная активность США в Центральной Азии и Китае не могла оставить равнодушной КНР. Наш азиатский сосед, как известно, традиционно «медленно запрягает, но быстро едет».  «Экономический пояс Шелкового пути» - это концептуальный китайский ответ на многочисленные вызовы и возможности, проявившиеся за последнее десятилетие в Центральной Азии. Китай решил привлечь на свою сторону страны региона экономическими инструментами. Преимуществом проекта являются большие экономические возможности  КНР и реальная готовность инвестировать значительные финансовые средства в экономические проекты в Центральной Азии, которые усилят связи между КНР и странами региона и откроют китайским товарам торговые пути в Южную Азию и Средний Восток. На фоне переключения внимания США на другие регионы, созерцательной позиции Японии и ЕС, а также достаточно скромных возможностей России, «Экономический пояс Шелкового пути» получит необходимую поддержку в регионе. Страны Центральной Азии видят сегодня в Китае потенциального донора, а в его проекте – инвестиции», - сказал Нурша.

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Показать все новости с: Нурсултаном Назарбаевым , Си Цзиньпином

17.01.2014 19:22

Политика

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

телеграм - подписка black

Досье:

 Хаджимурат Зулкарнаевич Коркмазов

Коркмазов Хаджимурат Зулкарнаевич

Депутат Жогорку Кенеша КР V созыва

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»
73 года 8 месяцев

средняя продолжительность жизни женщин в Кыргызстане

Нужно ли повторно вводить в Кыргызстане режим ЧП из-за резкого роста количества заболевших COVID-19?

«

Июль 2020

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31