90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут
По вопросам рекламы обращаться в редакцию stanradar@mail.ru

Как поисковый отряд из Кыргызстана искал останки солдат

11.09.2014 11:09

Общество

Как поисковый отряд из Кыргызстана искал останки солдат

«Война не закончена, пока не захоронен последний погибший солдат» – со дня победы в Великой Отечественной Войне прошло уже 69 лет, но тела погибших продолжают находить до сих пор. В этом году в составе поисковых отрядов на места боев в Смоленскую область России отправилась 12 кыргызстанцев. Итогом поездки отряда «Наша Победа - Биздин Жениш» стало поднятие останков 3 бойцов. Всего за 10 дней участники вахты нашли останки 55 солдат, установив личности 2 погибших.

 

По просьбе StanRadar.com одна из участниц поисковых работ журналист Лира Минкина описала поездку.

 


 

Мое участие в  «Международной вахте памяти - 2014» могло бы и не состояться, если бы не координатор поискового движения в Кыргызстане «Наша Победа - Биздин Жениш» Светлана Лаптева. Это она в последний момент вразумила, сказав, что я буду сильно жалеть, если не поеду. За один день мы собрались в десятидневную поездку в лес. Отряд состоял из 12 человек: курсанты военного института, ребята из военно-патриотического клуба «Родина» и парни, которые занимаются поиском со школьных лет.

Я была рада уехать подальше от цивилизации. Она мне надоедает, и очень часто хочется сбежать в такое место, где нет сотовой связи, интернета и электричества, быть ближе к природе. Мечта сбылась. В лесах неподалеку от деревни Темкино связь нужно было искать, бродя по окрестности, и поглядывая на телефон, когда взбираешься на бугорок. Десять дней без интернета, социальных сетей и прочей галиматьи, которая забивает и без того переполненный информацией мозг, это просто счастье. Электричество, конечно, было неподалеку от нас - в штабной палатке. А в нашем лагере был «полупервобытный век», что меня лично несказанно радовало. Почему «полупервобытный»? Потому что все-таки был ноутбук и телефоны, которые ребята заряжали время от времени.

Экзотика

…Мы не успели выгрузить вещи, как к нам пришли двое парней. Я не помню, откуда они были. Узнав, что мы из Кыргызстана, они сразу же спросили, есть ли у нас флаг и ак калпак (традиционный национальный головной убор белого цвета - прим. StanRadar.com). Пока мы разбирали вещи и думали, как нам обустраивать лагерь, ребята фотографировались с госсимволикой в ак калпаке. Мы были там экзотикой. В дорогу с собой мы взяли немного курута (сухой молодой сыр, скатанный в небольшие шарики - прим. StanRadar.com). Национальное лакомство вызвало восторг у россиян. Они прежде и не пробовали такого. Как нам рассказали, поначалу от кислоты у многих перекосились лица, а потом его распробовали и хотели добавки, чего, к сожалению, не оказалось. Самый заинтересованный парень, председатель колхоза, пришел за рецептом. Но объяснить, как делается созмё (разновидность творога у народов Средней Азии - прим. StanRadar.com), было не так просто. Сами мы никогда его не делали.

Другой интересный случай. Как-то к нам в лагерь пришел парень из Екатеринбурга, подсел ко мне и спросил - откуда я приехала. Он принял мои слова за шутку, когда я сказала, что из Кыргызстана. «Не может быть, - сказал он. - Вы так чисто по-русски говорите». Вот и рассказала ему, что в нашей стране живут представители многих национальностей. Здорово, расширила чей-то кругозор, плюс один к карме. Да и я изменила свои суждения о россиянах. Причем, были они основаны на рассказах других людей: якобы россияне грубые, закрытые, общаться не любят. А я увидела открытых людей, единомышленников, которые готовы хоть в час ночи встретить гостей, налить, чего попросишь, посидеть у костра и попеть песни. В такие моменты понимаешь, что общего во всех нас гораздо больше, чем различий. Но почему все мы привыкли делиться?

Купальня на речке

… В день нашего приезда погода стояла такая же жаркая, как и в Кыргызстане. Только прибавьте к этому влажный климат, и вот картина маслом – мы таяли, как снегурочки на солнце, не понимая, как такое возможно в российском лесу. Местные ребята сказали, что в этом году небывалое жаркое лето. А пожарные предупредили тщательно следить за костром, так как был самый высокий уровень пожароопасности.

Встал вопрос о том, где бы помыться, на что нам все дружно указали на речку. Она находилась примерно в двух километрах от лагеря, это 20 минут ходьбы в одну сторону. В первый день нас, уставших и замученных дорогой, поисковики из Москвы повезли на машине. По дороге они нам рассказывали о том, какая там замечательная чистая речка с ключевой водой. У нас, людей, привыкших к горным рекам, берущим свое начало у ледников, был откровенный шок. Вода зеленоватого цвета и почти везде по дну водоросли. Чуть выше речка действительно была чистой, но не там, где мы собирались принимать водные процедуры.

Церемония купания была для меня лично ошеломительной – намыливаешься на берегу мылом, шампунем и ныряешь в воду. Причем, в этот момент рядом с тобой куча народу. Эдакая общественная баня под открытым небом. А потом выходишь из воды, а на пузе не очень заметные черные разводы. На второй день мы уже попривыкли к таким условиям, а на третий соорудили себе душ в лагере. Можно было быстро сполоснуться, успеть на все мероприятия, сэкономив почти час.

Подъем первого бойца

… В первый же день полевых работ мы подняли бойца. Все сказали, что нам очень повезло. Мало кому удается такое. Нас прикрепили к военным из Смоленска из поискового отряда «Фронт». По дороге в лес мы видели боевые снаряды, которые все еще представляли опасность. Ими занялись саперы. Кураторы решили показать нам остатки взорванного танка, которые они нашли накануне: резину от гусеницы и подошву от обуви. Остальное давным-давно собрали местные жители и сдали на металлолом. Там же металлоискатель указал, что в земле есть цветные металлы. Мы начали копать и прощупывать землю щупами (специальные приспособления, с помощью которых можно узнавать, что лежит на глубине). Обнаружилась мелкая кость – фаланга пальца. Тщательно перебрали руками каждый вскопанный участок земли – нашли часть кожи от ремня, красную звездочку с фуражки.

Самой важной части, которую ищут поисковики – медальона - не оказалось. Это не обычный медальон, который вы себе представили. Он сделан из эбонита или металла в виде капсулы. Туда вкладывался бланк с данными бойца: имя, фамилия, дата, место рождения и воинское звание. Только по этим данным можно определить, чьи останки подняты. В годы Великой Отечественной из-за суеверия солдаты выкидывали его, так как считалось, что обладателя «смертного» медальона обязательно убьют. Поэтому находят так много безымянных бойцов.

 

Нашему отряду удалось собрать почти все останки бойца. Кости поначалу было трудно отличить от сучков, так как по цвету они были одинаковыми. Только приглядевшись, мы поняли, что они полые и трухлявые. Кости в некоторых местах были поломаны, то есть человека разорвало снарядом. Сквозь некоторые из них уже успели прорасти корни деревьев и кустов. Помните, в песне из кинофильма «Офицеры» есть такие строчки: «Те, кто приняли смертный бой, стали просто землей, травой», так вот, это не просто образное выражение.

На костях солдат выросли молодые леса. В годы войны вместо них были поля и деревни. Когда идешь по лесу, то пытаешься представить, как чувствовали себя солдаты, которым было столько же лет, сколько и нам, которым хотелось жить и любить… К счастью, до конца мы этого не поймем никогда. В этот же день мы нашли останки еще одного бойца: осколки черепа, рука. Но так как сил копать уже не было, мы решили сделать добор на следующий день.

 

Сложно сказать, что я чувствовала, когда мы нашли первого солдата. В тот момент я была увлечена съемкой, а через камеру кажется, что все происходит не наяву. Но меня проняло, когда на очередной вечерней молитве около времянки (так называется место, где останки бойцов находятся до захоронения) мы ставили свечи. Хотелось долго молча стоять возле этого места и в мыслях благодарить каждого солдата, который положил жизнь за Родину. А затем были слезы и боль в сердце. Откуда? Не знаю. Хотя, знаю - мы жили там, где все было полито человеческой кровью, пронизано болью и ужасом смерти.

 

В день моего дежурства в лагере, наш отряд поднял останки третьего бойца. При нем был медальон. Вечером состоялось вскрытие 3 медальонов, найденных нами и отрядами из Алтая и Иркутской области. Видели бы вы, какими ярусами друг на друга взгромоздились поисковики. Всем хотелось стать свидетелями этого события. К сожалению, прочитать удалось только один бланк, миру стало известно еще одно имя воина-героя - Шинкарева Григория Васильевича, 1915 года рождения, уроженца Сумской области Украинской ССР. А наш медальон оказался пустым. Разочарование - вот, что все мы испытали. Хотя быстро успокоились, ведь главное, что боец найден, его похоронят со всеми воинскими почестями. А что еще нужно?

Поисковики рассказывают, что бойцы приходят к ним во сне с просьбой найти. Наши кураторы рассказывали, что однажды на себе прочувствовали присутствие погибшего солдата. Они спали, когда в палатку начал кто-то ломиться. Думали, что это их товарищ не может найти вход. Позвали его, но никто не откликнулся. Затем кто-то налег на палатку с другой стороны, подумали, что это дикий кабан. Однако он тоже никаких звуков не издавал. Когда же наконец они вышли, на улице никого не было. И таких историй поисковики рассказывают немало. Может, конечно, показаться байкой. Но нужно стать поисковиком, чтобы это прочувствовать на себе.

Судьбоносная поездка

Для меня эта поездка стала судьбоносной - я нашла могилу своего прадеда. Это была череда взаимосвязанных событий. Я узнала о том, что прадед похоронен в Смоленской области, только накануне отъезда: в день его смерти и в день рождения деда (его сына). Там, в лесу, я встретила Дениса Бевза, журналиста из Томска, который работал в Кыргызстане, и у которого я проходила тренинги. Он заинтересовался моей историей и разыскал поисковиков из того района, где был похоронен мой прадед.

Руководитель вахты Нина Куликовских выделила нам свою служебную машину. В районном центре Сычевка огромную помощь нам оказал поисковик Евгений Ермаков. По дате смерти он сразу же определил, где захоронен прадед. В военкомате в списках его не оказалось. Он сказал, могли пропустить. Я была на братской могиле и в деревне, где погиб прадед, узнала, что он участвовал в Погорело-Городищенской операции, о которой не так много известно. Теперь на месте деревни, которая с войны так и не восстановилась, поле, небольшой холмик, вековые липы и водохранилище вместо маленькой речки. Я плакала и от счастья, что нашла прадедушку, смогу привезти фотографии и землю деду, и от боли. Трудно это словами передать…

А в целом, если ты прикоснулся к войне, прочувствовал ее руками, душой и сердцем, ты уже не будешь прежним. Ты становишься частичкой братства, где говорят: «Война не закончена, пока не похоронен последний солдат».

 

Фото: Даниль Усманов

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Специально для StanRadar.com: Лира Минкина

11.09.2014 11:09

Общество

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus
телеграм - подписка black

Досье:

Абдимуктар Маматович Маматов

Маматов Абдимуктар Маматович

Депутат Жогорку Кенеша КР V созыва

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»
46

детей совершили самоубийство в Кыргызстане в 2012 году

Какой вакциной от коронавируса Вы предпочли бы привиться?

«

Июнь 2024

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30