90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Казахстан: О геях, влюбленных и бытовом национализме

21.02.2017 10:40

Общество

Казахстан: О геях, влюбленных и бытовом национализме

День сурка казахстанской прессы.

В известном американском фильме «День сурка» главный герой в исполнении Билла Мюррея был вынужден, оказавшись во временной петле, вновь и вновь переживать 2 февраля с одними и теми же событиями. Примерно то же самое происходит и в информационном поле Казахстана: тренды, которые волновали казахстанское общество пять-десять лет тому назад, актуальны и по сей день. И если сравнить информационные ленты казахстанских СМИ тех лет с лентами сегодняшнего дня, то разницы можно и не заметить.

Страшная тайна святого Валентина

Ежегодно в преддверии праздника всех влюбленных в Казахстане разворачиваются нешуточные дебаты на тему «нужно ли отмечать День святого Валентина». Ежегодно казахстанские национал-патриоты загодя устраивают обширную кампанию с целью нивелировать в глазах казахстанского общества этот чуждый западный праздник. Однако все потуги тщетны. Против римского священника, погибшего почти 2300 лет назад, бессильны и национал-патриоты, и все предлагаемые ими альтернативные герои и даты.

Еще в апреле 2011 года республиканское движение «Болашак» (в переводе с казахского «будущее» — ИА REGNUM) предложило отмечать вместо чуждого казахскому менталитету и традициям Дня святого Валентина свой День влюбленных — Гашыктар куны. Героями этого дня должны были стать персонажи казахского эпоса — Козы Корпеш и Баян Сулу. По легенде, родители обручили детей еще до их рождения. Вскоре отец Козы Корпеша погибает на охоте. Проходит время и отец Баян Сулу обещает отдать свою дочь другому — богатырю Кодару. В схватке с ним погибает влюбленный Козы Корпеш. Тогда Баян обещает выйти замуж за Кодара, если тот выроет для неё колодец с ключевой водой. Кодар копает яму, держась за длинные косы Баян. Но девушка обрезает себе волосы: Кодар, брошенный в колодце, умирает. Отомстив за смерть любимого, Баян Сулу закалывает себя кинжалом на его могиле.

Инициатива движения «Болашак» пришлась по вкусу казахстанским властям. Начиная с 2011 года, День влюбленных в стране официально отмечается 15 апреля.

Однако 15 апреля так и не стало заменой 14 февраля. И в феврале 2012 года Духовное управление мусульман Казахстана выступило с резкой критикой Дня святого Валентина. «Ислам не поощряет слепого подражания Западу, в том числе в таких случаях, как празднование Дня святого Валентина. Следовательно, празднование Дня святого Валентина является нововведением, под которым нет никаких религиозных оснований», — заявили тогда в ДУМК.

К слову, в том же году отмечать 14 февраля влюбленным запретили и в Узбекистане. Правда, там причина была другой: Бабур — потомок Чингисхана и Тамерлана, правитель Великих моголов, родился именно 14 февраля. И этот день в Узбекистане с 2012 года посвящен великому предку узбеков. В феврале 2014 года запретить праздник решилась Киргизия.

Но импортозамещения в этой сфере не случилось. Что подтверждает недавнее заявление председателя Сената (верхняя палата) парламента Казахстана Касым-Жомарта Токаева. «День святого Валентина — праздник, пришедший с Запада, который противоречит нашим национальным традициям и менталитету нашей страны, молодежь должна это понимать», — написал Токаев в своем twitter-аккаунте.

Тут следует пояснить, что согласно казахстанскому законодательству, Токаев, по сути, является вторым человеком в государстве, поскольку обязанности президента, если что-то произойдет с Нурсултаном Назарбаевым, перейдут именно к нему. Кроме того, Токаев в разные годы работал министром иностранных дел, премьер-министром страны. Токаев был заместителем генерального секретаря ООН. Личность масштабная. Уделившая внимание, очевидно, масштабному вопросу.

Однако цифры говорят сами за себя: 87% респондентов в Казахстане, опрошенных международной исследовательской компанией АСТ, смогли назвать точную дату празднования Дня святого Валентина, и 78% затруднились назвать точную дату празднования казахстанского национального Дня влюбленных.

Но попытки отвратить казахстанцев от Валентина продолжаются. Казахстанская певица Алтынай Жорабаева рассказала казахоязычному порталу Stan.kz о своей версии происхождения этого праздника. По ее словам, религиозный деятель Валентин в свое время тайно заключал однополые браки вопреки запрету императора Клавдия ІІ. И праздник первыми стали отмечать американские геи в 70-х годах прошлого столетия. 14 февраля был заключен один из первых однополых браков в Америке.

«Поэтому это не наш праздник!» — заявила певица.

Кто отвлекает казахов?

Упор на геев — это довольно оригинальный ход, поскольку в Казахстане отношение к ним неоднозначное. ЛГБТ-сообщества регулярно выступают в местных СМИ на тему «как трудно быть геем в Казахстане». Выступления, за редким исключением, происходят анонимно. Но 14 февраля появилось интервью, где геи выступили под собственными именами и сравнили свои проблемы с борьбой женщин и чернокожих за свои права. Публикацию ожидаемо активно обсуждали.

Тем временем, в Чимкенте состоялось громкое открытие бутика ювелирного бренда с участием Уполномоченного по правам ребёнка в Казахстане Загипы Балиевой, акима (мэра) города Габидуллы Абдрахимова и акима (губернатора) области Жансеита Туймебаева. Примечательно, что одна из ювелирных коллекций этой марки была создана в соавторстве с дочерью президента страны Алиёй Назарбаевой.

Может возникнуть вполне резонный вопрос: в чем связь между этими событиями? Ответ на него кроется в статье «Кто и от чего отвлекает казахов?», опубликованной в журнале «Exclusive».

«Страна массово сходит с ума по любому незначительному поводу подобно тому, как отсутствие собственной половой жизни компенсируется небывалым интересом к тому, что происходит в чужих постелях. Является ли это политтехнологиями? Вполне, вероятно, но винить самих политтехнологов в этом глупо, это их работа, их хлеб. Было бы странно, если бы такие технологии не работали, они применяются во всем мире. Все дело в зрелости общества, его способности к рефлексии и выработке действительно значимого для страны дискурса. Пока же казахстанцы охотно клюют на фриков и идут у них на поводу. Желтые СМИ, которые это активно тиражируют, можно понять — хороший рейтинг при нулевых затратах, но трудно понять огромный пласт людей, готовых идти на поводу любого сомнительного информационного повода. Впрочем, так было всегда», — пишет издание.

В доказательство этого утверждения в статье приводятся мнения различных общественных деятелей, которые рассуждают о том, почему казахстанцев так легко отвлечь от обсуждения реальных проблем страны.

«Одной из причин является обыденность и скудость общественно-политической жизни в стране. Казахстанцы лучше знают политические события в США и России, нежели в Казахстане. Кроме того, у нас отсутствует общее начало политического и идеологического характера. Именно поэтому общество легко раскалывается на два-три лагеря по любому острому поводу или событию», — полагает политолог Султанбек Султангалиев.

«Наше общество так и не стало гражданским. И причиной этого была и остается нефть. Таким образом, перейти на новый качественный уровень дискурса наше общество сможет лишь тогда, когда «закончится нефть» и доходы от нее перестанут играть большую роль в нашем бюджете», — выступил с прогнозом историк Жаксылык Сабитов.

«Общественное сознание казахов подвержено комплексному воздействию сразу нескольких факторов. Первое, это постколониальный синдром, когда прежняя элита ещё не ушла, а новая — на стадии зарождения. Второе — подавляющее большинство казахского населения (вчерашних сельчан) полностью заняты урбанизационным вживанием/выживанием в новой для себя среде. И третий фактор — это появление, условно говоря, некоего «цифро-тариата». Это новые «пролетарии инфоэпохи». Эти бедняки цифрового мира могут сколько угодно потреблять предметы хайтека, но главное тут — ментальные барьеры, которые они избегают преодолевать и предпочитают собственную картину мира», — в свою очередь заявил исполнительный директор одного из филиалов научно-образовательного фонда «Аспандау» Еркин Иргалиев.

И русский — среди них

Видимо, всем этим и объясняется вечный день сурка в Казахстане. Кое-кто (власть, внешние силы или просто мающиеся от скуки — это не столь важно) уже давно нащупал главные болевые точки казахстанского народа. И в случае чего, когда нужно отвлечь внимание общества от каких-то реальных проблем, точно бьет по этим оголенным нервам. Судя по тому, что одни и те же темы, будоражащие общество, появляются каждый год, практика эта весьма эффективна.

Вот только краткий список таких тем: геи и гей-пропаганда, личная жизнь казахстанских знаменитостей, День святого Валентина, георгиевская лента, бесстыдное поведение женщин и мужчин — уят (с казахского позор, стыд — ИА REGNUM), ну и конечно же, русский язык и его статус.

Без обсуждения последней темы в Казахстане не проходит буквально ни дня. Вот и на минувшей неделе тема казахского языка (и ценности его преподавателей) обсуждалась в различных СМИ.

«Вот я по приглашению казахских диаспор езжу в Россию. Был Москве (за свой счет), в Тюмень и Омск деньги на мою поездку собирали тамошние казахи. А что, суверенному Казахстану совсем нет дела до российских казахов, которые опасаются за потерю национальной идентичности? Национально-культурная автономия казахов Москвы, например, писала письма в комитет по языкам, акимат (мэрию — ИА REGNUM) и еще куда-то, чтобы они профинансировали мою образовательную поездку. Но даже ответа не пришло. В итоге я купил билеты и полетел за свой счет. Я не богат, но в том, что делаю сейчас, вижу смысл своей жизни. Это я к чему? К тому, что у государственных чиновников вообще нет никакого интереса заниматься своими прямыми обязанностями», — рассказал в интервью порталу 365info. kz автор учебника казахского языка Канат Тасибеков.

«Мне иногда приходится ездить на поездах в направлении Павлодар — Усть-Каменогорск. Пассажиров обычно проверяют на приграничных станциях Ауыл и Шемонаиха. Два года назад я предупреждала пограничников, что если не будут проводить проверку на государственном языке, то в следующий раз не буду показывать документы. В январе у меня потребовали документы на русском языке, я отказалась и попросила пригласить начальника. В итоге поезд задержался на 24 минуты», — приводит свои достижения на казахоязычном портале qazaquni.kz жительница Павлодара Руза Бейсенбай.

 «В нынешнем Послании президента есть строки: «Казахский язык сохранит свою доминирующую позицию», что очень удивляет. Не знал, плакать или смеяться, читая это. Поводом для этого стало недавнее заседание правительства. Все заседание прошло на государственном языке России. Все, за исключением министра, забывшего за 5 лет казахский, знают язык, говорят на нем, понимают. Но непонятно, почему заседания проводятся на русском языке? Вы должны понимать, что каждое ваше официальное заседание или собрание на русском языке тормозит развитие казахского языка и сужает его сферу применения, а также еще больше усиливает недоверие народа к власти», — на другом казахоязычном портале abai.kz возмущается национал-патриот Дос Кушим.

Такие разговоры в стране длятся на протяжении 25 лет — с того самого момента как страна обрела Независимость. Однако с изучением казахского языка дела обстоят ровно так же, как и с внедрением национального дня влюбленных. Кто виноват? И что делать?

Частично ответ на этот вопрос можно найти в интервью президента центра политических и социальных исследований «Стратегия» Гульмиры Илеуовой, опубликованном на казахоязычном сайте dalanews.kz.

 «Интересно, что в многонациональном Казахстане по-разному относятся к смене власти. К примеру, казахи не беспокоятся об этом. Они не считают, что после ухода Назарбаева Казахстан ждет туманное будущее. А русские боятся этого и не хотят, чтобы он уходил. Они опасаются, что следующими к власти могут прийти националисты, которые поменяют «языковую, социально-культурную, кадровую политику». Поведение этнических групп разное, что видно во время выборов. В последние годы президент Назарбаев получал большую поддержку именно от русскоязычного населения. Это доказательство того, что они боятся смены власти. Поэтому они активно участвуют в выборах и отдают голоса за действующего президента», — говорит Илеуова.

При этом и сам национализм становится предметом исследования. По мнению президента общественного фонда «Гражданская экспертиза» Данила Бектурганова, национализм как идеология обладает огромным потенциалом. При этом он считает, что казахский национализм за последние четверть века никак не изменился.

 «Как был никаким, так и остался. Теоретиков национализма в научном сообществе не прибавилось. А если нет внятной теории, то нечего и пропагандировать — общественные деятели и публичные ораторы остаются без «пищи для дискуссий». В этой ситуации они вынуждены «жевать старую жвачку» на тему языка. Других-то идей нет. Какой там Роджер Брубейкер, какой Ханс Кон, какие другие теоретики национализма, серьезные ученые и политологи? Нет у нас собственного научного национализма. И чужого тоже нет, вся теоретическая база укладывается в популистские и банальные фразы из популярных демотиваторов в соцсетях», — рассуждает эксперт в интервью газете Cetnral Asia Monitor.

При этом Бектурганов отмечает, что в Казахстане национализм носит бытовой характер, но тем он и опасен.

«Природа бытового национализма, который не имеет прямого отношения к настоящему национализму, заключается только и исключительно в комплексе неполноценности. Например, я неуспешен в жизни не потому, что ленив, плохо образован и неорганизован, а потому, что я не той национальности. Такое явление существует везде и всегда, поскольку везде и всегда хватает людей, склонных винить в своих неудачах кого угодно, но только не себя. Не всегда такие люди используют национальную риторику, часто они прибегают к религиозной либо к той и к другой одновременно. Ярчайшим примером может служить антисемитизм. При этом бытовой национализм является и самым опасным, поскольку он находит широкую поддержку в самых маргинальных слоях населения. Рождение «черносотенцев», неважно, под каким знаменем, происходит именно таким путем. Это, нужно сказать, порок системы, к собственно национализму вообще не имеющий отношения. Общество, лишенное легитимных социальных лифтов, очень быстро сепарируется, большая часть его, находящаяся на самых нижних уровнях, маргинализируется и в силу низкого образовательного и культурного уровня легко попадает под влияние деструктивных идеологий. Это относится и к бытовому национализму, и к различного рода религиозному экстремизму, а в перспективе всё это сливается в единый конгломерат махрового исламизма — появляются всякие «национальные отделения» запрещенной в нашей стране ИГИЛ/ДАИШ (организация, деятельность которой запрещена в РФ — ИА REGNUM) и прочие подобные образования», — говорит эксперт.

При этом он призывает опасаться «роста бытового национализма, на который сейчас смотрят сквозь пальцы».

«И здесь ситуация может измениться в любой момент, поскольку, как показывает опыт, любые конфликты (неважно, на какой почве) имеют свойство становиться сначала групповыми, потом массовыми, а потом этническими. Следовательно, рано или поздно тезис деполитизации этничности начнет превалировать во внутренней политике, что повлечет санкции в отношении бытового нацио­нализма. Но, и это тоже очевидно, такие санкции ни в коем случае не будут строгими. Тому есть множество причин, и наиважнейшая из них — нехватка ресурсов для осуществления таких санкций», — резюмирует Бектурганов.

Союз нерушимый

Еще одной «вечной темой» в Казахстане остается ЕАЭС. В его состав изначально входили три, а сейчас — уже пять государств: Россия, Казахстан, Белоруссия, Киргизия и Армения. И увеличение числа участников автоматически повлекло за собой увеличение проблем.

К примеру, в начале февраля Александр Лукашенко распорядился отозвать основных белорусских специалистов из таможенных органов Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Не все гладко и с другими участниками. В частности, между Киргизией и Казахстаном.

На эту тему на минувшей неделе был опубликован материал на киргизском сайте 24.kg под заголовком «Саботаж интеграции с ЕАЭС. Его организатором стало правительство Кыргызстана».

«В 2016 году Россия предложила нашему правительству помощь в организации лабораторий по выдаче сертификатов, необходимых для продвижения киргизских товаров на рынки стран ЕАЭС. Но Бишкеку было не до этого: правительство занималось подготовкой вторых Всемирных игр кочевников. Депутат Жогорку Кенеша (парламента) Каныбек Иманалиев считает, что премьер-министр Сооронбай Жээнбеков и возглавляемое им правительство намеренно саботируют процесс интеграции Кыргызстана со странами Евразийского союза. Он напомнил слова премьера на сессии Жогорку Кенеша. Если Бог даст и Казахстан поможет, то в 2018 году построим лаборатории. До сих пор Всевышний пока не подал, а Казахстан не перечислил обещанные $100 миллионов. На декабрьском экономическом саммите в 2016 году в Санкт-Петербурге президент Казахстана Нурсултан Назарбаев в ответ на претензии кыргызской стороны заявил, что Казахстан не собирается отвечать за бездействие кыргызского правительства. Оно, по словам казахского лидера, ничего не делает и ждет, пока Астана — без участия Бишкека — подготовит межправительственное соглашение по предоставлению финансовой помощи. Президент Казахстана вынужден был сказать, что у него нет времени и желания работать еще и за премьер-министра Кыргызстана», — говорится в статье.

Между тем, речь об упомянутых 100 миллионах долларов шла и в киргизском парламенте на заседания фракции «Онугуу-Прогресс» 17 февраля.

В частности, как передают киргизские СМИ, заместитель министра экономики Киргизии Эльдар Абакиров посетовал, что процесс переговоров с Казахстаном о предоставлении этих денег очень долго длится. «На сегодня Кыргызстан предоставил Казахстану список мероприятий, необходимых для принятия 18 техрегламентов ЕАЭС, на $40 млн. Мы им уже говорили, что нам нужны на сегодня $40 млн. Пять госорганов будут финансироваться помощью Казахстана в $40 млн. Эти 5 госорганов ждут на сегодня оборудование», — заявил он.

Отвечая на вопрос, что будет, если Казахстан все же не предоставит эти деньги, Абакиров сказал, что есть протокол о предоставлении $7,5 млн, поэтому Казахстан должен предоставить эту помощь.

В этой ситуации, когда Киргизия ждет денег, обещанных Казахстаном, поведение президента Алмазбека Атамбаева выглядит не очень логичным. Во время своего визита в Брюссель Атамбаев дал интервью Euronews. Смысл его сводится к тому, что Киргизия была вынуждена войти в состав ЕАЭС, чтобы избежать экономической блокады со стороны Казахстана.

«В 2010 году, когда Казахстан нам устроил блокаду на 1,5 месяца, у нас даже были человеческие жертвы. Такое было, потому что блокада — это плохая вещь. Если нам предложат альтернативу, куда нам вступать. В Афганистан, что ли? Пожалуйста, мы готовы и сегодня вступить в Евросоюз. Я предлагал это, но мне открыто сказали: у нас нет общих границ. Тогда что ж вы нам предлагаете? У нас 6 миллионов человек. Замкнуться и жить как в джунглях, что ли? Мы должны развиваться, нам нужен рынок», — подчеркнул Атамбаев.

Это заявление было мигом растиражировано в казахстанских СМИ под заголовком «Президент Киргизии обвинил Казахстан в человеческих жертвах».

И в этой связи перспективы исполнения Казахстаном взятых на себя обязательств кажутся еще туманнее. Ведь с стране активно продвигается проект модернизации экономики, который требует больших финансовых ресурсов.

К примеру, уже подсчитано, что реализация задач, поставленных Нурсултаном Назарбаевым в ежегодном послании, только в 2017 году будет стоить бюджету почти 2,5 трлн тенге (500 млрд руб.). Но даже этих средств может оказаться недостаточно для того, чтобы выполнить все поручения президента. Ситуацию усугубляет и то, что бюджет достаточным количеством средств не располагает.

Экономист Игорь Киндоп при этом прогнозирует, что при сохранении существующей структуры экономики Казахстан в долгосрочной перспективе ожидают циклические девальвации.

«Это не столько вина каких-то чиновников, а уже просто свойство экономики. При избытке денег, вызванном нефтяной выручкой, и дешевом импорте отсутствие внутреннего производства — это логичное заключение всей экономической политики», — считает он.

Остается только добавить, что тема девальвации в Казахстане популярна не менее, чем тема статуса русского языка.

И другие новости

И, наконец, короткий перечень любопытных новостей минувшей недели.

Людей, которые не верят в бога, в Казахстане осталось около пяти процентов. Об этом пишет Central Asia Monitor. «Права атеистов у нас все чаще ущемляются, — это уже довольно тревожная тенденция, которая в будущем может иметь самые печальные последствия. При этом мало кто задумывается над тем, а что мы теряем вместе с атеизмом? Анализ, проведенный службой Gallup в 143 государствах мира, выявил следующую закономерность: чем религиознее население — тем беднее страна, — говорится в статье «Атеисты в Казахстане становятся персонами нон-грата?».

В Актюбинске имамы (священнослужители) не поделили деньги от пожертвований. В частности, речь идет о зарплате имама в размере 34 тысяч тенге (6,8 тыс. руб.), которые он не получает с прошлого года по вине вышестоящего имама Толеби Оспана.

Газета zamana.kz сообщила о женщине, которая взяла кредит в банке в размере 189 тысяч тенге (37,8 тыс. руб.), чтобы заплатить за лечение знахарке.

В Кзыл-Ординской области на свет вновь появился ягненок с надписями «Аллах» на боках.

Согласно официальным данным, порядка Казахстане 17 тысяч человек в Казахстане придерживаются ортодоксального течения в исламе — салафизма.

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Источник информации: https://regnum.ru/news/polit/2241283.html

21.02.2017 10:40

Общество

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

телеграм - подписка black

Досье:

Курманбек Эргешович Осмонов

Осмонов Курманбек Эргешович

Депутат Жогорку Кенеша КР V созыва

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»
63.3%

граждан Кыргызстана не сообщают в милицию о преступлениях

Нужно ли повторно вводить в Кыргызстане режим ЧП из-за резкого роста количества заболевших COVID-19?

«

Июль 2020

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31