Взгляд министра юстиции и юриста, правовые основы и международный опыт в этом вопросе.
В Таджикистане нет специального закона, регулирующего статус и механизм защиты правозащитников. Госорганы считают действующую правовую базу достаточной, однако эксперты подчёркивают, что общие законодательные гарантии без оперативного практического механизма не могут обеспечить всестороннюю безопасность активистов в этой области.
Что говорит министр юстиции?
Музаффар Ашуриён, министр юстиции Таджикистана, в ходе недавней пресс-конференции разъяснил официальную позицию ведомства, заявив, что в стране существует необходимая правовая база для защиты лиц, занимающихся защитой прав граждан.
В частности, по словам министра, законы Республики Таджикистан «Об адвокатуре и адвокатской деятельности» и «О юридической помощи» предусматривают определённые нормы для защиты прав и законных интересов этой группы лиц.
Вместе с тем Ашуриён подчеркнул, что в случае возникновения необходимости органы власти готовы рассмотреть вопрос о принятии нового закона либо внесении изменений и дополнений в соответствующие действующие законы.
Юрист называет принятие нового закона важным шагом
Хуршед Курбоншоев, таджикский юрист, считает, что принятие Закона «О гарантиях правозащитной деятельности и защите правозащитников» может быть важным и необходимым для Таджикистана. Однако он поясняет, что основной целью такого документа должно быть не предоставление каких-либо льгот или особых преимуществ, а обеспечение гарантии права каждого человека на правозащитную деятельность и его защиты от угроз и преследования.
По словам юриста, понятие правозащитник не должно ограничиваться получением лицензии, удостоверения, включением в официальный список или членством в определённой организации. Основным критерием должны быть содержание и характер деятельности человека, поскольку правозащитником может быть не только адвокат, но и журналист, исследователь, сотрудник общественной организации или обычный гражданин, защищающий права и свободы других людей.
Курбоншоев говорит, что для запуска механизма защиты соответствующие органы должны оценить три момента:
— наличие законной правозащитной деятельности;
— наличие угрозы, давления или риска в отношении лица;
— прямая связь между этим давлением и его правозащитной деятельностью.
Если эта связь и риск будут обоснованы, по словам юриста, механизм защиты должен быть незамедлительно задействован без требования какого-либо «официального статуса правозащитника».
Кроме того, критическая позиция или политическая деятельность лица, если она носит мирный и законный характер, не должна служить основанием для лишения его такой защиты.
Отвечая на вопрос о том, почему действующих законов об адвокатуре недостаточно, юрист указывает, что законодательство об адвокатуре охватывает только профессию и деятельность адвоката. На практике же правозащитники и общественные активисты сталкиваются с различными рисками, в том числе с профессиональным давлением, ограничением доступа к подзащитным, угрозами, незаконным наблюдением и различными формами административного и уголовного давления.
Что касается рекомендаций ООН и международных организаций, Курбоншоев говорит, что их выполнение в Таджикистане неоднородно: некоторые нормы нашли отражение в законодательстве, однако главным препятствием и основным различием, которое наблюдается также во многих странах, является разрыв между принятием правовых норм и их практическим применением в обществе.
Опыт стран региона и мира
Практика принятия специального закона о правозащитниках наблюдается в ряде стран мира. Например, Монголия, одна из ближайших к нам стран, стала первой страной в Азии, которая в 2021 году приняла специальный закон о правовом статусе правозащитников.
Говоря об опыте стран мира, Хуршед Курбоншоев отмечает, что такие законы также были приняты в таких странах, как Буркина-Фасо, Кот-д’Ивуар, Мексика и Мали. При этом он отмечает, что одного лишь принятия текста закона недостаточно.
По словам юриста, в Мексике закон дополнен специальным механизмом оценки рисков и оперативной защиты журналистов и правозащитников.
Мероприятие в Душанбе, посвященное защите правозащитников, октябрь 2024 года. Фото с сайта notorturetj.org
«Если не существует независимых институтов и реальных механизмов защиты, закон может остаться лишь декларативным документом. Поэтому для Таджикистана важнее самого принятия закона наладить реальный механизм его реализации», — предупреждает эксперт.
Вместо заключения
Позиции министра юстиции и юридического сообщества показывают, что основное различие заключается не в отрицании необходимости защиты, а в подходе к оценке эффективности существующих механизмов.
Государственные органы опираются на действующую отраслевую правовую базу и выражают готовность к будущим изменениям. Однако юридическое сообщество подчёркивает, что общие гарантии без конкретного механизма реагирования на угрозы не могут быть полностью эффективными.
Первым и наиболее важным шагом государства, по мнению экспертов, должно стать чёткое признание того, что законная деятельность правозащитников не представляет угрозы безопасности страны, а является неотъемлемой частью здорового правового общества.
Для достижения реального результата разработка независимого механизма защиты с участием госорганов, Уполномоченного по правам человека, адвокатов и организаций гражданского общества, а также обеспечение оперативного и независимого расследования любых случаев давления на правозащитников остаются основными приоритетами.
Присоединяйтесь к нам в соцсетях!
Правила комментирования
comments powered by Disqus