90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Почему в Каракалпакстане не переводятся сторонники независимости

03.10.2017 09:53

Язык и нац.вопрос

Почему в Каракалпакстане не переводятся сторонники независимости

Проблема сепаратизма или, иначе говоря, стремления тех или иных народов к самоопределению, сегодня в фокусе всеобщего внимания. После недолгого затишья об этом заговорили и каракалпакские оппозиционеры. В сентябре 50-летний Аман Сагидуллаев, один из руководителей движения «Алга, Каракалпакстан» («Вперед, Каракалпакстан»), разместил на сайте БДИПЧ/ОБСЕ обращение с просьбой помочь наладить диалог с властями Узбекистана для предоставления жителям Каракалпакстана возможности самим решить свою судьбу.

Засекреченный договор

По словам Сагидуллаева, бывшего руководителя компании «Агроинтехника», обвиненного в крупных хищениях и выехавшего за рубеж, а ныне позиционирующего себя как борца за права каракалпакского народа, официальный Ташкент проводит в отношении менее чем двухмиллионного населения его республики «оккупационную политику».

Он перечисляет ряд требований, среди которых прекращение вмешательства узбекских властей во внутренние дела Каракалпакстана, вывод из него всех военных и сотрудников спецслужб, предоставление свободы слова, возможность [экономической] интеграции с Казахстаном и всем миром, допуск на выборы оппозиции, возвращение в бюджет республики валютных поступлений, а также ходатайство о её вступлении в ООН и ОБСЕ.

Политический деятель напомнил, что срок заключенного в 1993 году официального договора о двадцатилетнем пребывании Каракалпакстана в составе Узбекистана истек еще в 2013 году, но о необходимости его продления или проведении референдума о самоопределении узбекские власти даже не вспоминают. Содержание этого договора засекречено. В своем заявлении Сагидуллаев потребовал его огласки и приведения отношений между республиками в соответствие с нормами международного права.

«Проблемы нашего народа замалчиваются. Вокруг республики создан режим информационной блокады. Тех, кто говорит о положении каракалпакского народа и правах жертв преследований, объявляют «врагами Узбекистана». Идет спланированное уничтожение каракалпакских активистов», - высказался он.

Сейчас опальный хозяйственник, получив статус политбеженца, живет в одной из европейских стран. Он утверждает, что был вынужден бежать из страны в 2011 году, сначала в Киргизию, а позже в Европу, когда узбекские власти стали преследовать его. По мнению Сагидуллаева, причиной этого стала его политическая активность, «раздражающая» официальный Ташкент. Отметим, что некоторые издания высказывали предположения, будто движение «Алга, Каракалпакстан» - результат получения грантов от международных структур, заинтересованных в дестабилизации богатого нефтью и газом региона.

Законное право

О Каракалпакстане в последние десятилетия написано немало, и большинство авторов публикаций сходятся в одном: это самый депрессивный регион Узбекистана, сильно пострадавший от высыхания большей части Аральского моря. Правда сегодня центральная часть его столицы, Нукуса, как и все областные центры страны, активно перестраивается – правительство страны выделило средства на «реконструкцию», так что вдоль улиц возводятся добротные кирпичные многоэтажки и пышные административные здания, должные продемонстрировать результат неуклонного повышения жизненного уровня трудящихся. Однако всё это великолепие не распространяется далее городских окраин, за которыми люди живут очень бедно.

Между тем, каракалпакские авторы обращения к Всемирному банку писали, что, по подсчетам специалистов, прогнозные запасы углеводородов в районе Аральского бассейна оцениваются в 300 миллионов тонн нефти и 480 миллиардов кубометров газа, так что, по их мнению, регион спокойно смог бы существовать за счет их добычи (примерно на то же рассчитывает и население иракского Курдистана).

Сегодня, имея статус суверенной республики в составе Узбекистана и занимая 37 процентов его территории, Каракалпакстан редко попадает на страницы информационных изданий: о нем вспоминают только в связи со всем известной экологической катастрофой. Значительная его часть находится в зоне бедствия - здесь постоянная нехватка питьевой воды, жители болеют легочными болезнями, в том числе, туберкулезом, вдвое чаще, чем по Узбекистану в целом, а уровень жизни, наоборот, гораздо ниже. Здесь же расположены такие печально известные достопримечательности как лепрозорий для больных проказой, закрытые ныне полигоны для испытания химического и бактериологического оружия, и жуткая колония для политзаключенных неподалеку от поселка с романтическим названием Жаслык («Юность»).

В последние годы неразрешенные политические объединения этой республики, треть населения которой составляют узбеки и треть казахи, всё чаще муссируют тему объявления независимости, а, в случае необходимости, проведении референдума по вопросу о вхождении в состав Казахстана или даже Российской Федерации (хотя с последней нет общих границ).

Дело в том, что за время своего существования республика успела побывать и там, и там. С 1920 по 1930 год она в качестве автономной области входила в состав Киргизской АССР (в 1925 году переименованной в Казахскую), а с 1930 по 1936 год - в РСФСР, причем с 1932-го уже как автономная республика. В декабре 1936 года союзные власти переподчинили её Узбекской ССР. В 1993 году Каракалпакстан вновь повысил свой статус, добившись включения в конституцию Узбекистана положения о своем пребывании в нем на правах «суверенной» республики.

Из конституции Узбекистана: «Суверенная Республика Каракалпакстан входит в состав Республики Узбекистан»; «Республика Каракалпакстан обладает правом выхода из состава Республики Узбекистан на основании всеобщего референдума народа Каракалпакстана»; «Взаимные отношения Республики Узбекистан и Республики Каракалпакстан в рамках Конституции Республики Узбекистан регулируются договорами и соглашениями, заключенными Республикой Узбекистан и Республикой Каракалпакстан».

А эти слова содержатся в преамбуле конституции «суверенной» автономии: «Народ Республики Каракалпакстан, торжественно провозглашая свою приверженность правам человека и принципам государственного суверенитета, осознавая высокую ответственность перед нынешним и будущим поколениями, опираясь на исторический опыт развития каракалпакской государственности (…), ставя задачей создание гуманного демократического правового государства… принимает в лице своих полномочных представителей настоящую Конституцию…».

«Статья 1: Каракалпакстан - суверенная демократическая республика, входящая в состав Республики Узбекистан. (….) Взаимные отношения Республики Узбекистан и Республики Каракалпакстан в рамках Конституции Республики Узбекистан регулируются договорами и соглашениями, заключенными между Республикой Узбекистан и Республикой Каракалпакстан. Республика Каракалпакстан обладает правом выхода из состава Республики Узбекистан на основании всеобщего референдума народа Каракалпакстана».

Сторонники отделения

Декларация о государственном суверенитете была подписана 14 декабря 1990 года на сессии Верховного совета Каракалпакской АССР. А 9-го января 1993 года был заключен тот самый межгосударственный договор сроком на 20 лет о пребывании этой республики в составе Узбекистана.

Один из участников движения «Алга, Каракалпакстан», Роман Мамытов, в беседе с корреспондентом ныне закрытого сайта Uznews.net, состоявшейся в 2014 году, подтвердил, что главные положения этого документа касались невмешательства узбекских властей во внутренние дела Каракалпакстана, общей охраны границ и внешней политики, которую определял Ташкент. По его словам, Каримов в 1993-м приехал в Нукус и пообещал: если по истечении этого срока каракалпаки останутся довольны – договор продлеваем, а если – нет, то он сам подаст в ООН просьбу признать независимость этой республики.

«Интересно, что чиновники, при которых заключали договор, говорят, что позже он был переписан. К Ишимбетовой - она руководила республикой при СССР и подписала декларацию о независимости в 1990-м, не раз приходили посланники из Ташкента и меняли положения документа задним числом. Итак, в 2013-м закончился срок действия договора. Получается, что нового договора нет, а старый не показывают – он засекречен», - прокомментировал сложившуюся ситуацию Мамытов.

Достичь самоопределения с помощью референдума каракалпакам не удалось: центральная власть сначала сделала всё, чтобы он не состоялся, а затем постепенно взяла под контроль местную политическую элиту. Последняя, как писала «Русская планета», в свою очередь, разделилась на три группы: одна выступала за независимость Каракалпакстана, другая - за присоединение к Казахстану, третья хотела остаться автономией в составе Узбекистана.

Одним из первых вопрос о независимости автономной республики в начале 1990 годов поднял видный ученый и государственный деятель Марат Аралбаев, руководитель партии «Халык Мапи» («Воля народа»); позже он умрет при неясных обстоятельствах, а его партия будет распущена.

После развала СССР идею провозглашения государственного суверенитета и отделения от Узбекистана поддерживала значительная часть каракалпакского населения. Существовали несколько политических течений, высказывавшихся за объединение с РФ или Казахстаном.

За полную независимость Каракалпакстана выступал бывший президент этой республики Даулетбай Шамшетов, возглавлявший ее в 1991-1992 годах. Его главным оппонентом был председатель совета министров Аминбай Тажиев, сторонник сближения с Ташкентом. После ряда громких заявлений Шамшетов был снят со всех должностей и подвергся уголовному преследованию. В 1992 году его арестовали, после чего, по утверждениям людей из его окружения, Ислам Каримов с помощью Службы национальной безопасности Узбекистана взял неспокойный регион под полный контроль. Проигнорировав необходимость выборов, он назначил её руководителем лояльного Уббинияза Аширбекова, заставив того подписать выгодные Ташкенту условия межгосударственного договора.

Что касается Шамшетова, то после отбытия срока он уже не участвовал в политической жизни. Информации в открытых источниках о нем мало, лишь вскользь упоминается, что вплоть до своей смерти в сентябре 1998 года он занимал пост директора Чимбайского НИИ земледелия ККАН РУз.

Впоследствии каракалпакские чиновники на темы отделения от Узбекистана открыто уже не высказывались, зато в республике стали возникать разные подпольные группы, заметные, в основном, в интернете. Это и «Еркин Каракалпакстан» («Свободный Каракалпакстан») во главе с Ерназаром Коныратовым, и вышеназванное движение с участием Амана Сагидуллаева, против которого было возбуждено уголовное дело: следствие заподозрило его в том, что он якобы присвоил бюджетные средства на сумму свыше двух миллиардов сумов (в 2014 году около $600 тысяч по реальному курсу).

Сам Сагидуллаев обвинения каракалпакской оппозиции в сепаратизме отрицает: «В реальности Каракалпакстан - суверенная республика. - У нее есть свой Основной закон, свой флаг, герб и другие государственные отличия. У нас нет намерения вооружаться или выдвигать экстремистские, радикальные требования Ташкенту. Мы (…), как написано в статье 74 Конституции Узбекистана и в статье 1 Конституции Каракалпакстана, [хотим] провести референдум, народным голосованием выйти из состава Узбекистана».

Репрессии против самоопределения

Но конституция конституцией, а жизненная реальность такова, что Узбекистан не хочет терять этот регион – что бы там ни было прописано в Основном законе.

«С 2011-го идет страшный прессинг: людей сажают семьями, избивают, ломают, - заявил в беседе с Uznews.net Роман Мамытов. - Представьте, вечером заходят люди в масках и забирают людей в застенки даже без адвоката. Утром появляется адвокат, который скорее выступает переговорщиком – сколько семья готова заплатить за освобождение. Всем дают экономическую статью, «легализация денежных средств» (…). После признания вины суд выносит приговор. Обычно это штраф от 5 до 300 тыс. долларов - родственники сбрасываются на выкуп. Эта статья не предусматривает арест, если люди оплатили ущерб. Но для моих земляков делают исключение – им и передачи ограничивают, и свидания не всегда дают и даже запрещают общаться на родном языке. Сейчас в тюрьмах более двух тысяч политзаключенных каракалпаков».

Особенно усилились сепаратистские настроения после событий на Украине, когда вдруг изменился, казалось бы, незыблемый порядок вещей, причем, в пользу сторонников отделения. Можно не комментировать, как всё это было воспринято официальными узбекскими властями.

В апреле 2014 года президент Каримов посетил Нукус - чтобы ознакомиться с тем, как идет строительство Устюртского газохимического комплекса. Независимые издания утверждали, что не в последнюю очередь его поездка была вызвана усилившимися в Каракалпакстане протестными настроениями. Он провел переговоры с руководством «суверенной» республики и местными силовиками. Итог его визита - спецслужбы активно взялись за участников разных сепаратистских движений, прежде всего, за сторонников партии «Алга, Каракалпакстан», вывешивавших на улицах Нукуса листовки и баннеры со словами типа «Каракалпакстан – не Узбекистан!».

В обращении Сагидуллаева в комитет ООН против пыток, написанном в 2015 году, он сообщил, что руководитель «Алга, Каракалпакстан» в Нукусе Абат Саекеев осужден и отправлен в колонию близ поселка Жаслык. Диссидент Даулетбай Махамбетов, выпускник Московского государственного университета, обвинен в экономических преступлениях, на самом же деле подвергся преследованию за стремление создать народное движение вместе с Сагидуллаевым. Где он сидит, и что с ним, неизвестно: жена и его дочери боятся говорить о том, в какой он колонии.

Среди заключенных - журналист Салиджон Абдурахманов, бизнесмены Санет Утешов, Эльбрус Ауезов, государственные деятели Азат Сайымбетов, Худайберген Айманов, Сапарнияз Алланиязов, Оразбай Палуанов и другие. В 2013-2014 годах в неволе умерли Максет Исметов, Абдигани Идрисов, Алик Ауезов и Коныратбай Алланиязов.

Отбывают свои сроки и 24 человека, посаженных после чимбайских событий 2010 года (волнений в городе Чимбай, о них рассказывается ниже - AsiaTerra). Они были ложно обвинены в посягательстве на конституционный строй Узбекистана. В их числе и сын первого президента Республики Каракалпакстан Бахтияр Шамшетов. Судьба всех этих людей требует особого внимания со стороны правозащитников и международных организаций, подчеркнул в своем обращении Сагидуллаев.

Сырьевой придаток

По мнению каракалпакских оппозиционеров, республику намеренно держат в политической и экономической изоляции, финансируя по остаточному принципу. Безработица, болезни, экологические проблемы – все эти социальные недуги стали визитной карточкой потенциально богатого региона, испытывающего нехватку воды, которая разбирается выше территории самого Каракалпакстана и до того места, где раньше было море, просто не доходит.

«Нет никакой катастрофы – трагедия Аральского моря давно стала коммерческим проектом, - объяснял Роман Мамытов. - Узбекистан за счет Аральского моря получил 1,268 млрд. долларов от различных международных организаций. Именно поэтому мы протестовали против недавнего выделения гранта Всемирного банка. (…) Только ЛУКОЙЛ за 10 лет выкачал на 12 млрд. долларов газа из Каракалпакстана. Бюджет республики составляет только 166 млн. долларов в год, хотя наши природные ресурсы продаются за 3 млрд. долларов».

Каракалпакстан - парламентская Республика, но в парламенте Каракалпакстана нет депутатов от партий Каракалпакстана, но все депутаты от партий Узбекистана. Они не защищают интересы каракалпакского народа, а работают на соседний Узбекистан. (…) Все чиновники, в том числе руководители Каракалпакстана и его регионов, назначаются и освобождается от занимаемый должности президентом Узбекистана. Там нет голоса народа Каракалпакстана», - высказался в сети сторонник суверенности республики под псевдонимом Марип Кунградский.

Ко всему прочему, согласно высказываемым претензиям, руководство Узбекистана проводит политику «узбекизации» – этнические каракалпаки вытесняются с руководящих должностей, а подавляющую часть правительства республики составляют узбеки, которые не родились и не жили в Каракалпакстане.

Тем временем из-за высокого уровня безработицы рядовые жители региона продолжают выезжать тысячами на заработки в соседние страны, в основном в Казахстан и Россию. Мамытов утверждал, что по этой причине в Казахстане сейчас проживает около 300 тысяч каракалпаков, на втором месте Россия, где их около 100 тысяч. Однако эти цифры вряд ли точны: по переписи 1989 года в республике насчитывалось 389.146 каракалпаков, а с тех пор в Узбекистане никаких переписей населения не проводилось.

За несколько последних десятилетий автономия не только не улучшила свои социально-экономические показатели, но, по мнению местных оппозиционеров, даже напротив, - вконец обнищала. Главный вопрос, которым от случая к случаю риторически задаются каракалпаки: «Если мы такие бедные, почему нас не отпускают?..».

В сентябре 2014 года каракалпакским оппозиционерам впервые удалось озвучить свои требования на международном уровне - на саммите БДИПЧ/ОБСЕ в Варшаве. Как сообщали СМИ, в своем выступлении представитель каракалпакской диаспоры Киргизии, президент общества «Арал-Жайхун» Насыратдин Нуратдинов эмоционально назвал Каракалпакстан «колонией Узбекистана».

«В то время как основное население живет в ужасающей бедности, доходы от добываемых в республике нефти, газа и золота не поступают в республиканский бюджет, а присваиваются олигархическими группировками в Ташкенте», - заявил он, уточнив, что вся информация о добыче природных ресурсов и связанных с ними финансовых потоков строго засекречена.

Нуратдинов также рассказал о проходящих арестах и призвал ОБСЕ и другие международные организации обратить внимание на ситуацию с правами человека в «суверенной» республике.

В то же время сами узбекские власти никаких заявлений и требований каракалпакских оппозиционеров не комментируют, делая вид, что их просто нет.

Изменится ли что-то после Каримова?

Приаралье стало первым регионом, который Шавкат Мирзиёев посетил в качестве новоизбранного президента 20-21 января текущего года. «Диалог с народом», как писала местная пресса, прошел в атмосфере «взаимопонимания и доверительности». Встреча с жителями Каракалпакстана завершилась многочисленными обещаниями главы государства по части поддержки и финансирования социальных проектов, таких как обеспечение питьевой водой, качественным медицинским обслуживанием, образовательными грантами.

Ненужных вопросов главе Узбекистана не задавали. Он, видимо, не готов был услышать даже тех, кто пытался поговорить с ним о наболевших житейских проблемах, что уж тут вспоминать о каком-то давно истекшем договоре. Скорее всего, эта табуированная тема не затрагивалась и за закрытыми дверями Жокоргы Кенеса, парламента Каракалпакстана. И вряд ли кто-нибудь осмелится ее поднять в ближайшие годы. Так что рассчитывать на проведение какого-либо референдума при нынешнем, частично обновленном, узбекском режиме каракалпакам не стоит.

Однако Мирзиёев, в отличие от своего жестокого предшественника, вроде бы понимает, что народ, загоревшийся идеей независимости, вряд ли можно запугивать бесконечно. Так что, возможно, вскоре последуют какие-то шаги, направленные на то, чтобы снизить уровень недовольства и «сбить» сепаратистские настроения экономическим способом.

Эти настроения однажды уже проявились в 2010-м, в райцентре Чимбай. Тогда по инициативе «центра» начался демонтаж оборудования на заводе, занимавшемся производством хлопкового масла и комбикормов. Оборудование по каким-то неясным причинам решили вывезти в соседнюю Хорезмскую область, то есть, лишить рабочих мест сотни людей. В ответ рабочие, выкрикивая антиузбекские лозунги, устроили драку с приезжими предпринимателями, после чего подожгли предприятие. Порядок был наведен вызванным спецназом, а демонтаж завода всё-таки приостановили. Президент Каримов, конечно, не простил такого самоуправства: через год свыше 20 человек из рабочих-участников беспорядков были осуждены на различные сроки (от 11 до 24 лет), причем по статье «Попытка изменения конституционного строя и захват власти».

По словам Романа Мамытова, в центре Нукуса еще со времен Союза стоит армейское подразделение с установкой «Град», тяжелыми гаубицами, БМП, БТР и танками. Плюс в поселке Жаслык в 2012-м восстановили закрытый после распада СССР военный аэродром, дислоцированный вблизи одноименной колонии. Там тренируется спецбатальон узбекской армии, каждые две недели прилетает военный самолет из Ташкента. В случае каких-либо волнений, власти сразу же перекроют границу с Казахстаном и, без сомнений, применят силу.

Всё это заставляет задуматься. Никто не заинтересован в том, чтобы от Узбекистана отвалилась значительная его часть, но если в договоре с Каракалпакстаном прописаны определенные положения, надо исходить из их наличия, а не пытаться скрывать (если кто-то недоволен – не надо было заключать договор). Стоит вспомнить, что плебисциты о независимости проводились и в Шотландии, и в Квебеке, однако сторонники суверенитета не смогли набрать большинства. Возможно, потому, что ни Великобритания, ни Канада не выкачивают из этих регионов сырьё, подавляя местное население, а наоборот, способствуют их свободному развитию. Поэтому голосовавшие посчитали, что в составе этих стран им будет лучше, удобнее. Так что в «каракалпакском» вопросе дело не столько в самих каракалпаках, сколько в руководстве страны и в жадности «сидящих» на торговле ресурсами государственно-мафиозных групп.

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Показать все новости с: Исламом Каримовым , Шавкатом Мирзияевым

03.10.2017 09:53

Язык и нац.вопрос

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

$75,1 млн.

стоимость гуманитарной помощи, полученной Таджикистаном в 2012 году

Гей-пропаганда. Следует ли ее запретить в Средней Азии?

«

Октябрь 2017

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31