На организованной 24-25 мая Институтом стратегической мысли (Stratejik Düşünce Enstitüsü) и киргизско-турецким университетом «Манас» в Бишкеке встрече обсуждались турецко-киргизские отношения и политика государств в Средней Азии. Общим направлением выступлений, в которых анализировалось взаимодействие стран во многих сферах (от политических связей до культурного сотрудничества, от объема взаимной торговли до геополитических балансов), стала необходимость формирования политики в регионе с учетом отношений России, Китая и США. 

Действительно, события, происходящие сегодня в Средней Азии, многие часто соотносят с «большой игрой» – термином, который был введен в XIX веке для обозначения конкуренции Великобритании и России в регионе. Участники новой «большой игры» – региональная сила Россия, возвышающаяся сила Китай и на данный момент единственная гиперсила США. 

В течение десятилетия, последовавшего за распадом СССР, Россия, в некоторой мере утратив свое влияние в государствах Средней Азии, не смогла предотвратить возросшую активность США и действующей совместно с ними Турции в экономической и политической областях. Более того, после теракта 11 сентября через создание военных баз в регионе США упрочили свои позиции и в военном отношении, и Средняя Азия превратилась в один из важнейших ориентиров стратегии президента Буша в Афганистане. 

С начала 2002 года Россия и в определенной степени Китай стали предпринимать шаги, направленные на ослабление присутствия США в Средней Азии. И важной в этой связи стала инициатива по превращению «шанхайской пятерки», основанной в 1996 году, в региональную и международную организацию со своим институциональным оформлением в 2001. Заключив в декабре 2002 года соглашение с Киргизией, Россия разместила на созданной близ киргизского города Кант авиабазе 20 военных самолетов и 1000 военнослужащих. В 2005 году Узбекистан потребовал вывести находящийся на территории страны военный контингент США. Как основной многосторонний военный союз в регионе была создана Организация договора о коллективной безопасности, идейным вдохновителем которой сегодня является Владимир Путин. Три из шести членов данной организации, называемой также «НАТО Азии», – среднеазиатские государства, и эта структура – во многом показатель влияния России в «ближнем зарубежье». 

Хотя США, согласно бюджету на 2013 год, продолжают оказывать Киргизии, Казахстану, Узбекистану и Таджикистану помощь в размере 118 миллионов долларов, для них не представляется возможным устранить влияние России и Китая в этих государствах. Предложение России с помощью ОДКБ выделить 1,1 миллиарда долларов Киргизии и 220 миллионов – Таджикистану на перевооружение и нужды ВС отчетливо показывает, на каком скромном уровне сохраняется американская помощь. К тому же, если такая помощь предоставляется Россией или Китаем, то не ставится каких-либо предварительных условий, как то: распространение демократии, прав человека, правопорядка или свободной рыночной экономики. 

Как отмечал президент Барак Обама, США обеспокоены тем, что после вывода американских войск из Афганистана к концу 2014 года республики Средней Азии могут стать площадкой распространения радикальных групп. И присутствие таких групп может как полностью прервать шаги региональных режимов в направлении демократизации, так и подстегнуть их к более тесному сотрудничеству с Россией в борьбе против той части политической оппозиции, которую существующие режимы обвинят в «радикализации». 

Эта непрерывная борьба США, России и Китая в Средней Азии неизбежно воздействует на политику Турции в этом регионе. Сами представители аппарата Владимира Путина заявляют, что Турция («партнер по диалогу» ШОС) будет не в силах построить отношения с данной организацией на более высоком уровне, пока она является членом НАТО. В своей политике в регионе Турция вынуждена отдать предпочтение или США, или России и Китаю. С другой стороны, у Турции нет намерения выйти из состава НАТО и утратить сильнейшие не сегодняшний день узы, обеспечивающие ее связь с Западом. Более того, как часто подчеркивал премьер-министр Эрдоган в ходе своего недавнего визита в США, Вашингтон – по-прежнему важнейший союзник Анкары. 

Участники новой «большой игры» в Средней Азии стали занимать противоположные друг другу фланги. И Турции, поддерживающей Москву и Пекин, наряду с Вашингтоном, становится все сложнее оставаться страной, которая для всех является другом и пользуется всеобщим доверием. При этом существующей экономической и военной силы Турции недостаточно для того, чтобы отбросить все эти балансы в сторону и проводить полностью выработанную в Анкаре политику по своему усмотрению. Если Турция хочет стать силой, к словам которой в Средней Азии прислушиваются, она должна основательно проанализировать новую «большую игру» и в соответствии с ней определить свои стратегические цели.

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram