90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Почему никак не удается искоренить серый импорт из Китая в Кыргызстан?

Почему никак не удается искоренить серый импорт из Китая в Кыргызстан?

Проблема реэкспорта китайских товаров из Кыргызстана в Казахстан и Россию давно известна. Вступление республики в ЕАЭС должно было решить эту проблему, и, по мнению экспертов, по большей части это удалось сделать. Однако проблемы до сих пор остаются, в том числе из-за необорудованных таможенных пунктов пропуска.

В июле Комитет государственных доходов Казахстана в очередной раз выразил свою обеспокоенность из-за серого импорта из Кыргызстана, оценив ущерб за 1-й квартал 2019 года в 1 млрд тенге (около $2,6 млн).

Насколько оправданны эти опасения? Как в Кыргызстане решают проблему? В интервью «Ритму Евразии» эксперты из Бишкека рассказали о причинах сохранения серого импорта.

Нет оснащенных пунктов пропуска – невозможно составить точную картину

Экономист Нургуль Акимова полагает, что часть вины лежит на российской компании, которая должна была поставить оборудование для таможенных пунктов пропуска. При этом сам объём серого импорта упал до незначительного уровня.

– После ратификации Кыргызстаном договора о вступлении в ЕАЭС для нас был обозначен переходный период в три года, – говорит Н. Акимова. – Со стороны Российской Федерации были определённые обязательства по оснащению таможенных пунктов пропуска. Этим должна была заняться компания «Крокус Интернэшнл». По неизвестным до конца причинам (возможно, произошла переоценка затрат), этот подрядчик не поставил оборудование в полном объёме.

По сути, сейчас не важно, по объективным или субъективным причинам так получилось, факт в том, что пункты пропуска до сих пор остаются не оснащены. Но зато успели сделать фитосанитарные лаборатории. То есть состоялась околотаможенная инфраструктура, но нет самой программы, которая бы по товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности (ТН ВЭД) фиксировала каждый проходящий товар.

Сейчас нельзя дать точный ответ на вопрос, есть ли контрабандный завоз в Кыргызстан? Да или нет – любое утверждение сложно доказать. Потому что, повторюсь, без оснащения пунктов пропуска невозможно точно составить статистику.

– Чем так важно это оборудование для таможенных пунктов?

– Таможенные органы стран ЕАЭС должны обмениваться между собой информацией о пересечении товаров через границу. Это необходимо сделать потому, что Евразийский союз установил общий таможенно-тарифный режим (единые ставки) для стран Союза и иные ставки для третьих стран.

Китай для ЕАЭС считается как третья страна, соответственно, для КНР ставки в три раза выше, чем установлены Единым таможенным тарифом. Данный учёт нужен потому, что те товары, которые завозят к нам, должны быть обложены сборами в соответствии с этими тарифами. Далее сборы попадают в общую казну ЕАЭС, а затем в результате расщепления каждая страна получается свою долю. Для Кыргызстана этот показатель составляет 1,9% – эти деньги поступают в госбюджет. Поэтому любое неучтённое прохождение товара означает выпадение доходов из бюджета КР и других стран ЕАЭС.

Я считаю, что пока «Крокус Интернэшнл» не поставит оборудование, чьё программное обеспечение будет обмениваться информацией в онлайн-режиме со всеми таможенными пунктами стран Союза, мы не можем говорить об объёме ввозимой продукции.

Что касается жалоб Казахстана, что туда ввозят какие-то транзитные грузы, то тут надо учесть, что внутри ЕАЭС в принципе не должно быть протекционизма. Другой вопрос, если действуют нетарифные барьеры. Что такое нетарифные барьеры? Это требование предъявления сертификата качества и иных бумаг, которые говорят об исполнении технических регламентов при производстве данной продукции. Соответственно, если страны (например, Кыргызстан и Казахстан) имеют друг к другу претензии, то они могут предъявлять претензии только по этому предмету. Но это никакого отношения к внешней торговле не имеет.

Подобная практика внутренних барьеров есть даже в Евросоюзе, Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) и других экономических блоках. Они возникают по двум причинам: несогласованность отраслевой политики государств и скрытый протекционизм отдельной страны.

– Если сравнить ситуацию с серым импортом лет 5-10 назад и текущее положение дел, изменилось что-нибудь?

– Изменилось многое, это связано в первую очередь с законодательством и переходным периодом вступления в ЕАЭС. Если пять лет назад реэкспортная модель экономики была ярко выражена, то теперь она существенно сократилась. Так случилось потому, что практически 80% законодательства Кыргызской Республики стало гармоничным с договором о ЕАЭС.

Понятное дело, что на уровне правоприменения отраслевые политики ещё не релевантны друг другу, до кредитно-денежной политики, лицензионно-разрешительной системы и других регуляторных мер ещё не дошла гармонизация. Но в целом концептуально законодательства пяти стран стали похожи с точки зрения режима, который требуется для свободного передвижения товаров и услуг.

Также в части торговли изменилась география экспорта и импорта товаров. У нас в полтора раза увеличился экспорт в страны Евразийского союза, вместе с тем оттуда же вырос импорт. Получается, что этот тариф для третьих стран ЕАЭС безусловно изменил структуру, географию и объёмы торговли.

– Есть высказывания некоторых российских и казахстанских экспертов о том, что из Китая в Кыргызстан контрабандой завозят некоторые товары, меняют бирки Made in China на Made in Kyrgyzstan и дальше продукция идёт в другие страны ЕАЭС. Насколько это утверждение может быть верным?

– Такая практика была раньше, лет десять назад, сейчас это стало неактуальным по двум причинам. Во-первых, укрепился юань – товары из Китая стали дороже.

Во-вторых, кыргызстанская лёгкая промышленность научилась делать товары по доступным ценам. Стало невыгодно закупать в КНР готовую одежду и перепродавать. Теперь наши предприниматели предпочитают закупать китайское сырьё (ткани), изготовлять продукцию с добавленной стоимостью и уже её поставлять за рубеж.

Кыргызстанские швейники очень мобильные с точки зрения рыночного спроса. Хорошо развит именно малый швейный бизнес, потому что они быстро ловят так называемый хайп (моду), оперативно изготовляют и поставляют тот товар, на который есть спрос. В этом смысле работавшая раньше модель сейчас не имеет большого смысла. Возможно, такая практика с перебиванием бирок где-то у кого-то осталась, но это уже совсем не те объёмы.

Калоши от Nike

В свою очередь, сопредседатель Клуба региональных экспертов «Пикир» из Кыргызстана Игорь Шестаков полагает, что проблема серого импорта сократилась в разы, но контрабандисты приспосабливаются к новым условиям.

– Наш экспертный клуб весной этого года проводил круглый стол, где мы вместе с представителями правительства, грузоперевозчиками и другими бизнес-структурами обсуждали вопросы актуальности для Кыргызстана поставок контрабандных товаров, – рассказывает И. Шестаков. – Несмотря на то, что страна в этом году отметила пятилетие со дня вступления в ЕАЭС, тема контрабанды не закрыта. Пока, к сожалению, это реалии сегодняшнего дня.

Отдельно стоит отметить, что тема контрабанды возникла вместе с вопросом вступления в ЕАЭС. Сами потоки этой контрабанды пошли в республику с вступлением республики в ВТО, тогда нас буквально захлестнула волна китайских товаров, помню, растаможка была 15 центов за килограмм.

На момент вступления КР в ЕЭАС, согласно международному исследованию (2012-2014 гг.), сумма контрабандных грузов, которые шли только со стороны Китая, оценивалась примерно в  7 млрд долларов. Сейчас, конечно, ситуация изменилась, отчасти из-за ужесточения контроля на казахстанской и российской границе. Это можно видеть, например, по публикациям в СМИ, когда сообщают о задержании партий поддельных айфонов и роллексов.

Вступление в Евразийский союз минимизировало эти потоки. Однако, видимо, для наших контрабандистов всё ещё остаются лазейки. Хотя сами злоумышленники стали действовать по-другому, приспосабливаться к новым условиям. Я имею в виду тех лиц, кто не только перевозит товары, но и изготавливает их. В Китае кустарные фабрики давно освоили выпуск товаров с лейблом нашей республики. На рынках юга страны можно купить обычные калоши с надписями Nike и Made in KG. Хотя в Кыргызстане нет фабрики этой американской компании спортивной одежды и обуви.

Нужно отметить, что на системном уровне противостояние контрабанде идёт, я разговаривал с рядом бизнесменов, и они признавали, что сейчас китайскую контрабанду завести достаточно сложно.

Проблема до сих пор существует главным образом потому, что мы мало производим своей продукции. Ещё раз хочу напомнить, что с 90-х годов произошло замещение отечественной продукции на некачественный китайский ширпотреб. Сегодня ситуация движется в сторону налаживания производства сертифицированных товаров. Кыргызстан же не только участвует в ЕАЭС, Бишкек подписал с ЕС соглашение ВСП+, которое позволяет беспошлинно поставлять в Европу некоторые виды товаров.

Так или иначе, предприниматели вынуждены будут переходить на «белую» продукцию, в целом для них это будет дороже, но оно того стоит. Со временем объёмы контрабанды будут неуклонно сокращаться, лазеек остаётся всё меньше.

 

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Правила комментирования

comments powered by Disqus
1945

Дни рождения:

13

лет - средний возраст боевика ИДУ

Должно ли правительство возвращать жен и детей террористов из Сирии обратно на родину?

«

Ноябрь 2019

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30