90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

В Узбекистане нарастает тенденция арестов за неуважение «святынь»

17.05.2021 18:00

Общество

В Узбекистане нарастает тенденция арестов за неуважение «святынь»

В Узбекистане на днях стало известно об очередном, на первый взгляд мелком и несущественном событии, являющемся, однако прекрасной иллюстрацией того правового беспредела, который творится в стране, и более того, целенаправленно поддерживается всеми ветвями власти, включая самого президента. В Ташкентской области задержали 21-летнего парня за то, что он танцевал в купленной на базаре милицейской форме, и, несмотря на то, что он не нарушил ни одного закона, его приговорили к 7-дневному аресту. Об этом наглом и демонстративном попрании законодательства 5 мая с удовлетворением поведала пресс-служба МВД Узбекистана. Случай этот далеко не единственный, и выявляет целую тенденцию наказаний подобного рода.

«Святая» милицейская форма

В сообщении МВД говорилось, что молодой человек, обозначенный инициалом А., работает парикмахером. 2 мая он купил на столичном рынке «Янгиабад» форму сотрудника внутренних дел, надел ее и решил ради забавы станцевать в ней в парикмахерской, где работает. Парень снял свой танец на видео и отправил запись своим знакомым.

Пресс-служба МВД отметила, что когда сотрудник ОВД попросил молодого человека прояснить ситуацию, тот оказал сотруднику сопротивление.

Юкоричирчикским (Верхнечирчикским – ред.) районным судом Ташкентской области по уголовным делам весельчаку-парикмахеру был назначен административный арест.

Это не первый случай такого рода: в феврале узбекистанские СМИ сообщили об очень похожей истории.

В Мирзаабадском районе Сырдарьинской области Узбекистана 26-летнего работника автомойки Хасана Дустова, который тоже танцевал в форме сотрудника милиции, суд приговорил к 8 суткам ареста по статьям 183 («Мелкое хулиганство») и 2091 («Незаконное ношение форменной одежды сотрудников министерств, ведомств и организаций») Кодекса об административной ответственности.

Дело знакомого Хасана Дустова, несовершеннолетнего парня по имени Диёрбек, который снимал на видео танец Дустова и тоже был задержан, рассматривалось комиссией по делам несовершеннолетних при администрации Мирзаабадского района.

Действия молодых людей были охарактеризованы как «нарушение норм хождения в общественных местах и норм этического поведения».

В суде Диёрбек объяснил, что снимал танец Хасана Дустова в форме милиционера, чтобы собрать побольше «лайков» в соцсети, и теперь сожалеет о содеянном.

Если в случае с молодым парикмахером МВД не упомянуло инкриминируемых ему статей КоАО, то в эпизоде с Хасаном Дустовым они были названы:

- статья 183 (Мелкое хулиганство). «Мелкое хулиганство, то есть умышленное пренебрежение к правилам поведения в обществе, выраженное в нецензурной брани в общественных местах, оскорбительном приставании к гражданам и другими подобными действиями, нарушающими общественный порядок и спокойствие граждан, - влечет наложение штрафа от трех до пяти базовых расчетных величин или административный арест до пятнадцати суток»;

- статья 2091 (Незаконное ношение форменной одежды сотрудников министерств, ведомств и организаций). «Ношение утвержденных образцов военной, ведомственной и специальной форменной одежды военнослужащих и сотрудников министерств, ведомств и организаций, в которых предусмотрено ношение форменной одежды, лицами, не имеющими на это право, влечет наложение штрафа от двух до пяти базовых расчетных величин с конфискацией форменной одежды».

Вторая из этих статей не предусматривает лишения свободы, так что аресту молодые люди подверглись по статье за мелкое хулиганство.

Однако применение и той, и другой статьи является неприкрытой фабрикацией дела.

Статья о незаконном ношении форменной одежды совершенно определенно говорит о незаконном ношении. То есть, человек должен носить форму, производя впечатление сотрудника данного ведомства. Однако арестованные молодые люди в форме не ходили, не носил её, а танцевали в ней в своих рабочих помещениях. Осудить их – ровно то же самое, что осудить одевающих эту форму актеров. В юридической сфере вольные толкования неприемлемы: если статья запрещает ношение, то имеется в виду именно ношение, а что-либо иное - не одевание её на несколько минут и не танец в ней.

Еще нагляднее абсурд обвинения в мелком хулиганстве.

Ни «умышленного пренебрежения к правилам поведения в обществе, выраженного в нецензурной брани в общественных местах», ни «оскорбительного приставания к гражданам» здесь не было. Молодые люди веселились, но каких-либо потерпевших от их действий не было.

Что касается самой милицейской формы, то она в Узбекистане не признана сакральной, либо, наоборот, преступной (наподобие эсэсовской), и свободно продается на вещевых рынках. При этом, обратите внимание, что перед судом предстал даже несовершеннолетний Диёрбек, который просто снимал, как танцует его приятель. Но видеосъемка в стране не считается ни преступлением, ни правонарушением.

Преступление, правда, всё-таки было, но совершили его не арестованные молодые люди, а негодяи-судьи, осудившие их при полном отсутствии правонарушений. Неудивительно, что их фамилии в сообщениях МВД не упоминаются.

Отсюда, кстати, и лживая фраза пресс-службы о том, что парикмахер, дескать, «оказал сопротивление» (то ли отстреливался, то ли размахивал бритвой – додумайте сами), - мол, вынуждены были его арестовать.

Оскорбление статуи

Еще одно схожее происшествие: в узбекском сегменте соцсетей распространилась видеозапись того как 24-летний житель Самарканда Иномжон Пардаев кривляется и кричит возле памятника Алишеру Навои, называя его «крысой».

Вскоре после того, 11 мая, УВД Самаркандской области объявило, что «за данное правонарушение» Иномжон Пардаев и оператор видеоролика приговорены к 15 суткам ареста. Причем, после задержания Пардаев записал видеообращение, в котором попросил прощения у народа.

Как следует из записи, снятой в ходе суда, помимо временного лишения свободы Пардаев лишился и бороды, с которой ранее был запечатлен у памятника (немного цивилизовался).

Отметим, что молодой человек, несмотря на то, что вести себя подобно обезьяне чрезвычайно некрасиво, не совершил никакого «правонарушения». Памятник жителю расположенного в другой стране города Герата, проживавшего там в 15-го веке, субъектом права быть не может, и, следовательно, потерпевшим его признать нельзя. Поэтому Пардаев был посажен ровно на тех основаниях, на которых можно посадить любого человека, например, за то, что он «издевательски шел по улице» или «развязно дышал воздухом». А приговор оператору вообще нельзя назвать ничем иным кроме как милицейско-судебным террором.

Как и в вышеописанных случаях преступление было совершено, но совершили его не молодые люди, а сотрудники внутренних органов и судья (статья 231 УК РУз – «Вынесение неправосудного приговора, решения, определения или постановления»). Что касается представителей УВД, с гордостью об этом отрапортовавших, то они отличились на поприще пропаганды преступления.

Сумаляк в Хорезме

Еще одно отвратительное судилище произошло в марте в Хорезмской области Узбекистана.

21-го марта в соцсетях распространилась видеозапись, на которой восемь женщин готовят сумаляк (изготовляемая к празднику Наврузу кашица из зерен проросшей пшеницы), при этом пятеро из них были в весьма откровенных нарядах.

Снятая сцена подверглась резкой критике со стороны различных групп в сетях. Некоторые начали угрожать расправой участницам съемки. Другие пользователей сети защищали полуобнаженных девушек, говоря, что «как одеваться - это дело каждого».

Позже сообщалось, что «активисты Хорезмской области обратились в суд с требованием принять меры против девушек». (Заметьте – не против тех, кто им угрожал.)

22 марта УВД Хорезмской области объявило, что начато расследование. В тот же день участницы «шоу» были вызваны на допрос. Выяснилось, что молодые женщины являются танцовщицами ночного клуба «Сахара», а видео было снято 20 марта, за день до празднования Навруза. 

«Сумаляк готовили другие женщины. В перерыве между танцами в клубе девушки вышли к котлу сумаляка и сделали селфи. Позже видео просочилось в Интернет», - отчитался представитель ОВД.

Вслед за этим «блюстители порядка» завели против танцовщиц дело по 183-й статье КоАО «Мелкое хулиганство», хотя нецензурно они не выражались и к прохожим не приставали.

И уже на следующий день, 23 марта, Ургенчский городской суд по уголовным делам Хорезмской области вынес решение: все участницы шоу были признаны виновными, трое женщин получили самую жёсткую меру – арест на 15 суток, остальные были оштрафованы на 1,2 млн сумов каждая (около $114). Принимая решение о назначении наказания не связанном с арестом, судья учел, что у трех женщин есть маленькие дети.

«Правонарушители сообщили, что осознали свои противозаконные действия и выразили сожаление о содеянном», - говорилось в сообщении телеканала «Хорезм». Сцена, запечатленная на видео, в репортаже была названа «не соответствующей узбекской национальности, чести узбекской женщины».

Позже одна из задержанных дала интервью для СМИ, где отметила, что из-за распространения резонансного видео она осталась без работы, её выгнали со съемной квартиры и, и «наверно ей придется заняться проституцией». Это к словам о «чести» и «соответствии».

Так или иначе, ничто не заслоняет того обстоятельства, что танцовщицы показательно подверглись противозаконной преступной расправе, поскольку не совершили ни преступления, ни правонарушения.

На это обращают внимание и многие комментаторы в сети:

«На видео нет нарушений, только поздравления и радость в танце выразила»;

«Ну и что с того что полуголыми готовили сумаляк. Да пусть [хоть] полностью голыми готовят, лишь бы вкусно было»;

«Вот результат гендерного равенства, как говорит с высоких трибуны женщина-сенатор»;

«Это их полное конституционное право - одеваться так, как они хотят. И за это ни в каком законе не предусмотрена ответственность. Таким же образом можно привлечь всех людей, которые отдыхают на Чарваке (курортное место близ Ташкента - ред.) или ходят в бассейны, и незаконно арестовать на 15 суток и выписать штраф»;

«А что плохого в том, что девушки готовили сумаляк типа «полуголыми»? Кого и каким образом это оскорбило? Религиозной подоплёки здесь нет и быть не может, Навруз не исламский праздник. Если бы, к примеру, [они] жарили шашлык в такой одежде, тоже привлекли бы к ответственности? Что за мракобесие в стране и подмена понятий?»;

«Полуголые? Они в купальниках были. Если боретесь с нравственностью, то тогда осуждайте многожёнство, когда 20-летние девушки становятся «вторыми женами» и живут с 50-летними чужими мужьями без брака. (…) Мы светское демократическое общество? В каменный век хотите?».

И снова обратим внимание на то обстоятельство, что фамилии судей не называются. МВД прекрасно понимает, что они преступники, и именно по этой причине стремится избегать огласки их имен.

Демонстративное беззаконие

В апреле 2020 года трое молодых блогеров - Камола Мажидова, Умид Хамидов и Олмасбек Разыков так же подверглись каре за размещенную ими в соцсетях видеозапись своей прогулки без масок во время карантина в сквере эмира Тимура в Ташкенте. Камера запечатлела, как девушка, держа маску в руке, обращаясь к памятнику средневекового правителя, спрашивала его: «Амир Темур, дода (отец – ред.), когда коронавирус покинет Узбекистан?».

7 апреля они были задержаны сотрудниками уголовного розыска – которым в это время, видимо, нечего было делать, - и доставлены в Юнусабадский районный административный суд Ташкента.

Оказалось, что против них возбуждено дело по статьям 54 (Нарушение правил борьбы с эпидемиями) и 183 (Мелкое хулиганство) КоАО. Суд приговорил молодых людей к аресту на 15 суток и штрафу в 5 базовых расчетных величин (1.115.000 сумов, или $117), о чем сообщила пресс-служба Верховного суда Узбекистана.

Согласно объяснению последней, арестованные нарушили правила карантина, появившись в общественном месте без защитных масок. А вопрос к памятнику Тимура суд посчитал неуважением к «исторической личности». Кроме того, на записи были «продемонстрированы действия, выразившиеся в умышленном пренебрежении правилами поведения в обществе».

Вскоре последовал новый арест. 8 апреля того же 2020-го в Ташкенте за «насмешку над действиями сотрудников правоохранительных органов во время карантина» был арестован на семь суток 21-летний блогер Гейдар Алиев (Gonzogeidar). Об этом сообщило Главное управление внутренних дел столицы. В тексте говорилось, что автор «с использованием нецензурной лексики высмеивал работу сотрудников органов внутренних дел».

Нарушителю в соответствии со статьей 183 («Мелкое хулиганство») КоАО было назначено наказание в виде семи суток административного ареста. Фамилия судьи опять-таки скрыта.

Все перечисленные нами случаи осуждения не имеют ни малейшего отношения к законности. Максимум, на что заработали «нарушители» - это на штрафы за демонстративное хождение без маски (но без маски ходит и президент Узбекистана, и, следовательно, это не возбраняется всем прочим гражданам).

Памятник Тимура потерпевшим считаться не может, поскольку не является одушевленным лицом. В законодательстве Узбекистана не говорится, что нельзя обращаться с вопросами к статуям завоевателя, сооружавшего башни из голов жителей ограбленных им городов, продававшего захваченное население в рабство, и стершего с лица земли целую страну – Хорезм.
Нет никакого хулиганства и в случае с блогером Алиевым. Насмешка – не преступление и не правонарушение.

Отметим, что, хотя общепринятого понятия «политзаключённый» не существует, группа правозащитников из Восточной Европы, включая представителей российского правозащитного центра «Мемориал», разработала руководство по его определению, опирающееся на международный опыт. Согласно этому документу, лицо, лишённое свободы, является политическим заключенным, если имеет место хотя бы один из следующих факторов:

a) лишение свободы было применено в нарушение права на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Международным пактом о гражданских и политических правах или Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод;

b) лишение свободы было основано на фальсификации доказательств вменяемого правонарушения либо при отсутствии события или состава правонарушения, либо его совершении иным лицом;

Как видим, этих двух пунктов вполне достаточно, чтобы признать перечисленные псевдосудебные наказания репрессиями, направленными против граждан, и именно так они должны расцениваться, несмотря на небольшие сроки заключения. Соответственно, люди, подвергающиеся подобным незаконным арестам, - и танцевавший парикмахер, и хорезмские танцовщицы, и все остальные, - как бы необычно это ни казалось, должны признаваться политическими заключёнными.

 

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

17.05.2021 18:00

Общество

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus
Мигранты. Истинные цифры о преступности
90%

казахстанских водителей давали взятки сотрудникам ГАИ

Какой вакциной от коронавируса Вы предпочли бы привиться?

«

Август 2021

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31