90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Новый общественный договор в Казахстане: каким он должен быть?

24.03.2022 12:00

Политика

Новый общественный договор в Казахстане: каким он должен быть?

Долгие годы в Казахстане существовал негласный общественный договор: государство обеспечивает гражданам определенные социальные гарантии, а те не лезут в политику. Но теперь, судя по всему, формат отношений изменится: власть вроде бы готова позволить обществу участвовать в политических процессах, но в таком случае оно, общество, тоже должно будет нести свою долю ответственности. В связи с этим напрашиваются вопросы: насколько реален в сложившихся условиях новый общественный договор, и каким он должен быть?

Смена вывесок или подлинные реформы?

Гульмира Илеуова, руководитель Центра социальных и политических исследований "Стратегия":

В нашем государстве на протяжении многих лет правил один человек, и соответственно все взаимодействие в рамках общественного договора, все политические и экономические процессы протекали с помощью, вокруг, благодаря и где-то даже вопреки (при том, что он сам хотел этого) воли президента Нурсултана Назарбаева. После трагической гибели в феврале 2019-го пятерых детей в Астане я, возможно, одной из первых поделилась ощущением, что контракт (или договор) между действующим на тот момент главой государства и обществом закончился.

Спустя всего полтора месяца исполняющим обязанности президента страны стал Касым-Жомарт Токаев, который затем занял эту должность по итогам выборов. Начался процесс притирки общества, привыкшего к бессменному правлению одного и того же человека, уже к другому правителю. При этом то, как общество воспринимало нового главу государства, какие ожидания с ним связывало, целиком и полностью соответствовало той культуре и тем стереотипам, которые сформировались в предшествующий период.

Токаев же, хотя и говорил о преемственности, все-таки пытался нащупать какой-то свой стиль, при этом он резюмировал те представления о президенте и президентстве, которые существовали в обществе до этого. А соответственно и то, какими должны быть само государство, государственный аппарат, власть в восприятии большинства населения.

Вроде бы шли какие-то довольно сложные процессы, поиски баланса, притирка, формирование основ этого самого нового общественного договора, и тут, как гром среди ясного неба, случились январские события. У меня такое ощущение, что наша политическая история раскололась на два периода – до трагедии начала 2022 года и после нее. Тем не менее, мы сейчас находимся в той стадии, когда пытаемся найти этот баланс интересов, без которого невозможно сформировать принципы, заложить основы того, о чем вы говорите в рамках своего вопроса.

Главное – это даже не экономические условия, хотя они тоже меняются, особенно сегодня, в контексте украино-российского военного конфликта, а политические. Но мы пока еще не совсем понимаем, насколько они поменялись и поменялись ли вообще. Поэтому сейчас очень сложно говорить, насколько реален новый общественный договор. Я думаю, что процесс выстраивания интересов, поиска некоего баланса и точек стабилизации общества продолжается.

На мой взгляд, он займет определенное время. Как я уже сказала, начиная с 2019 года, нащупывались точки соприкосновения, если так можно выразиться. Социологические наблюдения показывали, что в молодежных и женских группах превалировало довольно позитивное восприятие стиля президентства Токаева в сравнении с его предшественником. По этой причине в массовом сознании он воспринимается уже как другой президент, поскольку руководит совсем иначе.

Сегодня, с одной стороны, очень много разочаровавшихся, а с другой, наоборот, растет число тех, кто стал оценивать его по-новому и начал поддерживать Токаева как главу государства. И этот момент очень важен в электоральном смысле. Понятно, что январские события по-новому окрасили процесс поиска тех точек соприкосновения, на основе которых можно было бы выстроить новый общественный договор. Полагаю, в этом плане очень важными станут следующие президентские выборы, которые должны состояться в 2024 году. Потому что именно на них, условно говоря, и будет "подписываться" этот договор. Количество людей, которые придут на эти выборы, и станет мерилом того, кто будет готов его символически подписать. То есть те, кто конкретно поддержит кандидатуру Токаева.

Все эти моменты имеют принципиальное значение. Они будут выстраиваться на основе тех вещей, которые власть проговорит, обозначит и реализует на практике за оставшееся до выборов время. И только тогда, как мне представляется, и можно будет вести речь о новом общественном договоре, который заложит основу для следующего президентского срока Токаева.

Внесение изменений в законы о политических партиях, о выборах, совершенствование системы местного самоуправления – эти и другие важные аспекты как будто бы обозначены, но не доведены до логического завершения. Контуры как бы намечены, а вот что касается реального содержания, то тут не все так однозначно.

Подытоживая, можно сказать, что сейчас страна переживает процесс формирования новых политических и экономических условий. Но при этом важно учитывать и происходящее вокруг нас. Коснутся ли санкции Казахстана? Если да, то насколько и к чему мы должны быть готовы? Сможет ли нынешнее правительство (назначенное Токаевым) адекватно отреагировать, если санкции ударят по нам? Насколько глубоким будет заявленное политическое реформирование? Станет ли наше государство по-настоящему социальным? Будут ли учтены интересы большинства граждан, или же Казахстан останется все тем же государством олигархического типа, просто сменившим вывеску?

Ближайшие год-два в этом плане должны стать определяющими.

Одиночество президента и амбиции его оппонентов

Петр Своик, общественный деятель:

Прежний общественный договор, безусловно, устарел, но новый, если даже сейчас его и удастся заключить, будет только промежуточным, ситуативным. Чтобы принять окончательный, придется дождаться развязки нынешней мировой гибридной войны. Дело в том, что военный конфликт на Украине положил начало новому этапу мировой истории, который целиком захватывает и Казахстан. В рамках этого этапа основной тенденцией будут углубление евразийской интеграции и демонтаж многого из того, на чем держалась и до сих пор держится нынешняя государственность Республики Казахстан. В конце концов, вслед за Украиной, которая будет "переучреждена", такое же "переучреждение" ждет и Казахстан. Будем надеяться, что в более мягкой форме и гораздо позже, без драматических и трагических эффектов, как на Украине. Но все-таки это тоже нас ждет.

На сегодняшний день главной проблемой политической устойчивости является то, что казахстанский политикум как в лице власти, так и в лице интернет-активной общественности настроен против тех тенденций, которые реально будут определять будущее Казахстана. Пока что отечественный политикум стоит на позициях этнического патриотизма и либерализма, тогда как именно это все будет уходить в прошлое. Проблемой для власти и общества является и то, что фактически с видением реально формирующегося будущего определился только президент Токаев. За что его активно "грызет" национал-популисткая и либеральная общественность. Якобы за расстрел "мирных протестующих", а на самом деле за то, что привлечением миротворческого корпуса ОДКБ и решением о строительстве АЭС глава государства уже вполне ясно дал понять, на какой он стороне. В то время как казахстанский политикум почти целиком на другой стороне фронта.

Поскольку любой общественный договор инициирует все-таки сначала власть и в опосредованной форме, то актуальной для президента Токаева задачей сейчас является необходимость внятно сформулировать основные принципы нового договора. Это может быть в форме оглашения в предстоящем Послании народу целеполаганий президента, а затем в виде программы партии, переименованной из "Нур Отана" в "Аманат". Такие позиции будет заявлять власть, а общество будет с ними соглашаться либо, наоборот, не соглашаться. Скорее всего, на первых порах больше будет несогласия, и это одна из главных проблем на сегодняшний день, поскольку глава государства находится фактически в одиночестве. Даже по отношению к собственному правительству и, по всей видимости, к парламенту тоже.

Сейчас президенту придется идти навстречу пожеланиям политикума насчет увеличения количества партий, снижения проходного барьера, добавления выборов в одномандатных округах. Вряд ли он сможет противостоять давлению по этим направлениям и будет вынужден что-то в этом смысле предлагать, но будем надеяться, что не так уж и много.

Почему? Потому что в нынешние сложные времена власть должна оставаться сконцентрированной вокруг президента. Если же допустить в парламент новые политические силы, то почти все они начнут толкаться и распихивать друг друга локтями на одном и том же национал-популистском и либеральном поле. На другой, интеграционной, стороне, придерживающейся пророссийской ориентации, в Казахстане почти никого нет. В смысле нет в официальной власти и в публичной политике, хотя часть общества, предпочитающая отмалчиваться (все те, кого нацпопы и либералы справедливо опасаются как "пятой колонны"), составляет, по всей видимости, не меньше половины казахстанцев. Между тем, именно интеграционный тренд и будет определяющим после украинских событий и санкционной войны. Поэтому добавление в парламент этно-патриотических и либеральных сил только напряжет ситуацию, поскольку этот дискурс ничего созидательного выдвинуть не может. Как поправить экономику, как улучшить социальную ситуацию, как стабилизировать политическую обстановку в стране – в рамках рассматриваемого дискурса созидательных предложений на сей счет, если не считать таковыми призывы выйти из ЕАЭС и ОДКБ, нет.

Исходя из вышеизложенного, можно дать власти два совета.

Совет первый – не увлекаться демократизацией парламента. На этом направлении лучше все-таки немного притормозить, а все усилия сконцентрировать на региональном уровне. Безусловно, новый общественный договор необходимо строить на более плотном контакте между общественностью и властью, но именно в регионах.

Назову три точки соприкосновения, которых пока нет, но которые надо создавать. Первая – это управление городским жилым фондом: пресловутые КСК и захлебывающаяся кампания по созданию ОСИ. Корень проблемы в том, что власти "отморозились" от проблем ЖКХ, тогда как нужна трехуровневая система: снизу подомовые ОСИ, посередине – создаваемые акиматами на принципах ГЧП управляющие компании, наверху – тот самый акимат, формирующий социальный заказ и ставящий задачи управляющим компаниям. Начиная с задачи создания ОСИ в каждой многоэтажке.

Второе направление – это общественный контроль за всеми важными сферами распределения бюджетных средств: образование, здравоохранение, соцобеспечение и, конечно же, государственная тарифная политика. Этот процесс надо сажать на госзаказ, чтобы на постоянной и платной основе общественные организации осуществляли мониторинг такой деятельности с выдачей своих заключений и рекомендаций. Необходимо сделать так, чтобы без таких заключений и рекомендаций процессы тарифообразования, определения бюджетов сферы образования и здравоохранения, пенсионной системы и поддержки малообеспеченных граждан не могли осуществляться в принципе.

Третье и самое главное направление – это местное самоуправление. Надо, наконец, исполнить Конституцию, выделить систему государственного местного управления – это маслихаты и акимы (уровень областей и районов), и сферу полномочий и ответственности местного самоуправления – это города, поселки, села-аулы и сельские округа. В крупных городах нужно иметь и систему государственного управления – по таким вопросам, как, например, образование, здравоохранение, пенсионное обеспечение, и избираемые населениям органы МСУ – горсовет и горисполком, ведающие всеми не отнесенными к государственному уровню вопросами.

Именно на выборах в городские и сельские местные органы самоуправления и стоило бы сосредоточиться всерьез, чтобы они были реально конкурентными, честными, и чтобы именно такие выборы втянули бы в себя пока бесполезно бурлящий в Интернете общественный потенциал.

В любом случае, что бы сейчас ни предложили сверху, это будет такой промежуточный общественный договор, потому что Казахстану очень важно в течение следующих нескольких месяцев и лет просто-напросто уцелеть в разгорающейся сейчас гибридной войне. А уже потом, по ходу выявления результатов этой гибридной войны, плотнее интегрироваться в евразийский союз, со всеми вытекающими из этого последствиями, вплоть до конституционной реформы и "переучреждения" нынешнего этно-национально- и либерально ориентированного Казахстана на социальных и общегражданских принципах. Дай бог, чтобы все это успело подготовиться к следующим президентским выборам. Раньше не получится, да и торопиться с такими реформами ни к чему.

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Источник информации: https://qmonitor.kz/politics/3910

24.03.2022 12:00

Политика

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

телеграм - подписка black

Досье:

Малик Калылович Осмонов

Осмонов Малик Калылович

Депутат Жогорку Кенеша КР V созыва

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»
69 лет 6 месяцев

средняя продолжительность жизни в Кыргызстане

Какой вакциной от коронавируса Вы предпочли бы привиться?

«

Август 2022

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31