90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Сравнительный анализ революционных рисков в Белоруссии и Казахстане: часть 1

Сравнительный анализ революционных рисков в Белоруссии и Казахстане: часть 1

Сейчас много говорят о значении опыта белорусского протеста для других государств. В Казахстане, например, находят параллели между поездкой группы казахстанских бизнесменов и политиков на Украину в сентябре 2020 года и аналогичным вояжем делегации белорусских националистов в Киев в феврале, участники которого затем оказались среди лидеров протестного движения.

Тревога связана с тем, что сам Казахстан в 2019 году уже сталкивался с волной выступлений против избрания Токаева президентом, где, как и в Минске, просматривался четкий «западный след».

Но важно и помнить, что страны и политические системы различны, и параллели уместны только в случае выявления общих черт и явлений, связанных с протестом.

Черты белорусского протеста

Изучая протестное движение в Белоруссии и очищая историю от мифов, я выделил следующие ключевые моменты (за подробностями отсылаю к отдельной статье):

  • Двигателем протеста стал неформальный, но давний союз группировок националистов («Молодой фронт», «Христианская демократия» и др) и прозападных НПО и СМИ («Весна», «Белсат», «Хартия-97»);
  • Основной «темой» протеста для широких масс стали не обвинения в фальсификации выборов, а истерия вокруг «полицейского насилия» в ходе подавления беспорядков. Критика власти была максимально неконкретной, чтобы привлечь оппозиционеров любой направленности;
  • Уличный протест отличала сильная организация, широкое использованием связи через мессенджеры, наличие тактических командиров с опытом уличных боев и даже боевых действий в горячих точках;
  • Ключевую роль в поддержке протеста сыграла неформальная коалиция США, Польши и Украины, которая поддерживала организации, стоящие за протестом, всеми средствами от финансирования НПО до разведывательных операций;
  • Протесту предшествовали «заигрывание» белорусского КГБ с националистами, попытки инкорпорировать их в систему и использовать как инструмент для давления на Москву (что и предопределило отставку руководства Комитета в сентябре);
  • Фактической общей платформой лидеров протеста стала переориентация Белоруссии на сотрудничество с ЕС и НАТО и установление в Минске политического режима украинского образца.

Возможно ли все это в Казахстане?

Казахстанские НПО и оппозиция

«Коалиция США, НПО и националистов» в Казахстане давно и хорошо известна. Делегация партии националистической «Жана Казахстан» специально ездила после учредительного съезда в Госдеп США, где согласовывала свой меморандум о голоде 1930-х годов.

Сейчас в Казахстане действует ее воспреемник - «Демократическая партия», которая создавалась при активном содействии НПО «Бюро по правам человека» (финансирование американского NED и «Фонда Сороса»).

Лидер «Демпартии» Жанболат Мамай долгое время возглавлял клуб «Политон», ставший местом прямых контактов американских дипломатов, руководителей НПО и лидеров националистов.

Он также был участником скандального проекта «Злой казах» по подготовке русских и казахских националистов, поддерживавшегося «Фондом Сороса». Именно там он познакомился лидером российского ДПНИ Александром Поткиным, с которым имел общие дела, и даже был  параллельно судим за отмывание средств «БТА-Банка».

Отличием Казахстана от белорусских событий является прямое участие НПО в политике и организации протестных акций.

В ходе послевыборных протестов в Казахстане 2019 года сам «Фонд Сороса-Казахстан» открыто выступил в поддержку участников беспорядков. Движение «Оян, Казахстан» (известное, как «будильники»), ставшее лидером той протестной волны, было сформировано из участников грантовых программ фонда.

И в Казахстане-2019, в Белоруссии-2020 большую роль в разогревании протестов играли финансируемые из-за границы СМИ.

Сейчас это белорусские «Белсат», «Европейское радио» или «Некста». А беспорядки 2019 года в Казахстане сделали известными широкой аудитории связанные с США издания «Евразия.нет» и «Власть.кз». Первое – финансируется «Фондом Сороса», а второе возглавляет член совета «Сорос-Казахстан» Вячеслав Абрамов.

Другие казахстанские НПО, получившие западное финансирование, также не пытались в этот момент даже имитировать нейтралитет:

  • Фонд «Еркендик канаты» (гранты посольства США, «Freedom house» и Фонда Сороса), вступил в коалицию с группировками «Оян, Казахстан» и «Республика» участвовал в протестном движении;
  • «Казахстанское бюро по правам человека» участвовало в беспорядках, через своих представителей;
  • НПО «Молодежная информационная служба» (финансирование NED), помогала «Оян» в работе, а директор Ирина Медникова лично участвовала в мероприятиях группировки;
  • НПО «Адил Соз» (гранты NED и Фонда Сороса), обеспечивало участие прессы в акциях протеста, инструктаж организаторов и участников беспорядков, как выдавать себя за представителей прессы. А директор организации Тамара Калеева угрожала изданиям, которые писали о связях протестов со структурами США.

И в Белоруссии и в Казахстане есть большая группа НПО и политических группировок, финансируемая США, которая имеет опыт совместного участия в протестных акциях с целью свержения действующей власти. 

Различие лишь в том, что белорусские НПО камуфлируют участие в политике и отдают первенство националистам, а в Казахстане мы наблюдаем фактическую конкуренции националистов и неправительственного сектора за внимание спонсоров.

Украинский опыт и идейный портрет

Здесь мы подходим к принципиальному отличию в протестах Белоруссия-2020 и Казахстан-2019. Одной из причин разрастания протестной белорусской волны стало нагнетание истерии вокруг избыточного насилия милиции против протестующих.

Такие факты действительно имели место, но стали результатом не «разгона мирных протестов», а фактических уличных боев, в ходе которых пострадали более 100 сотрудников полиции и 200 противников власти. Сверхнасилию милиции, ранее характерному не для Минска, а скорей для беспорядков в США или Франции, предшествовали умелые атаки протестующих с использованием «коктейлей Молотова», самодельных взрывных устройств, арматуры и тому подобного.

Подобный уровень насилия в ходе оппозиционных акций нетипичен для Казахстана со времен столкновений в Жанаозене (2011). Что-то подобное происходило в ходе Кордайского этнического погрома (февраль 2020), сопровождавшегося множеством убийств, поджогов и грабежей, где ситуация осложнилась запоздалым вмешательством полиции и пассивностью местных властей.

Умелое и жестокое противодействие милиции в Белоруссии осуществлялось под руководством боевиков-националистов, участвовавших в беспорядках на киевском Евромайдане 2013-2014 и в войне на Донбассе в составе нацистского батальона «Азов».

По заявлениям самих националистов, «стажировку» на Украине прошло несколько сотен боевиков из «Христианской демократии» и «Молодого фронта», включая членов высшего руководства организаций. Среди них был и даже получил ранение, например, Роман Протасевич, главред ресурса «Некста», координировавший уличные акции через свой телеграм-канал. 

Ряд представителей НПО Казахстана также проходили практику на Украине. Димаш Альжанов, лидер «Оян, Казахстана» был в 2014-2016 гг в длительной командировке в республике от американского NDI, причем умудрился обзавестись там бизнесом, украинским гражданством, а потом снова поехать на родину бороться с властью.

На Украине до сих пор живут супруги Садыковы, редактирующие антиправительственные ресурсы Казахстана. Они тесно контактируют по политической работе с видным деятелем Майдана Виталием Портниковым, а поддержку получают от фонда «Открытый диалог» (Варшава), в совет которого входят Людмила Козловская, бывший активист украинской группировки «Чорна Пора», и беглый казахский олигарх Мухтар Аблязов

Среди участников Евромайдана из Казахстана также была Ирина Медникова из МИСК, писавшая о нем восторженные статьи и заразившаяся на Украине болезненной неприязнью к российскому флагу.

Одновременно с ней появился на майдане один лидеров НПО-сектора Кыргызстана Равшан Жээнбеков. Недавно он был арестован по подозрению в захвате заложников, а также организации массовых беспорядков при попытке свержения власти в Кыргызстане в августе 2019 года.

Таких примеров можно привести множество. Но есть и важное отличие: казахстанские активисты получали на Украине преимущественно политический, а не военный опыт. Случаи отъезда в зону конфликта на Донбасс носили единичный характер, в отличие от массового движения белорусских неофашистов.

Белорусский «Молодой фронт» еще до 2013-го создал военной клуб «Ваяр», через которых отбирал агрессивную молодежь и давал ей базовую военную подготовку в ходе занятий на Украине и Чехии. Поэтому к началу украинских событий уже имел кадровый резерв, чем и привлекал внимание спонсоров.

Казахстанский сектор НПО, а равно националистический группировки не смогли создать собственный силовые группы готовые к жестокому и системному насилию.

Однако недавние события в Кордае привели к созданию крепких связей между «публичными националистами» Казахстана и криминальными кругами, близкими к нему идейно, которые при известных условиях могут попытаться повторить события Кордайской резни.

 

(Продолжение следует)

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

Мигранты. Истинные цифры о преступности

Досье:

Нуржан Нуралиевна Бадыкеева

Бадыкеева Нуржан Нуралиевна

Депутат Жогорку Кенеша КР V созыва

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»
48,3%

населения Кыргызстана владеют русским языком

«

Октябрь 2020

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31