90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Изнасилования переводят в категорию тяжких преступлений в Казахстане

10.12.2019 11:30

Правопорядок

Изнасилования переводят в категорию тяжких преступлений в Казахстане

Эксперты считают, что одним ужесточением наказания проблему не решить. Нужен комплексный подход.

Ирина живет в Нур-Султане, ей 40 лет. Она состоялась в профессии, вышла замуж и родила двух детей. Больше 25 лет назад она стала жертвой сексуального насилия со стороны родного человека – мужа бабушки. На протяжении восьми лет он насиловал маленькую Ирину, пока в 15 лет она не забеременела. Беременность пришлось прервать. Затем начались судебные разбирательства, допросы, очные ставки, обвинения. Но до суда дело так и не дошло. - рассказывает Cabar.asia

Он [насильник] смотрел на меня и смеялся. Я хорошо помню кабинет, где проходили допросы. Он был темный с окном под потолком. Я всегда сидела с опущенной головой и что-то не внятно говорила или скорее оправдывалась. Все вокруг мне не верили, а я хотела доказать – я не виновата.

Я чувствовала, что никто не верит. И это чувство усилилось еще больше, когда он сбежал. Ему поверили и отпустили. И чувство вины не оставляет меня.

Долгое время я не ездила мимо здания прокуратуры. Страх. Даже сейчас, когда там уже собес, проезжая мимо, я автоматически смотрю на то окно.

Он сбежал, а в 20 лет Ирине сообщили, что он умер в России и попросили подписать «какие-то документы». Последние два года она проходит психологическую реабилитацию. Решилась на нее только тогда, когда поняла, что ее прошлое может отразиться на детях. Переживает, что они могут повторить ее судьбу. 

Для реабилитации Ирине потребовалось поднять все документы, чтобы воссоздать картину прошлого и, как выяснилось, ее насильник не умер 20 лет назад. Она решилась найти его и нашла всего за полдня поиска. Он живет в Нур-Султане.

«На его дом мне указала маленькая девочка. А на вопрос: “Откуда ты его знаешь?”, девочка ответила, что он друг ее бабушки. А где вероятность, что он не продолжает насиловать?», – говорит Ирина.

Всего за пять лет в Казахстане зафиксировано 55 случаев рецидива. При том, что с мая 2000 года парламент Казахстана перевел преступления по статье «Изнасилование» в категорию средней тяжести. Это позволяет прекращать дела за примирением сторон на стадии следствия. В итоге насильник остается безнаказанным.

За 5 лет 72 дела закончились с примирением сторон. Из-за безнаказанности есть риск, что преступление может совершиться повторно.

В сентябре 2018 года женщину в ее купе скоростного поезда «Тальго» изнасиловали двое проводников поезда. Почти год она доказывала следствию и суду факт изнасилования, но 26 июля насильники получили всего по 2,5 года.  

19 лет назад изнасилование в Казахстане относилось к категории тяжких преступлений. Но в 2000 году, после внесения поправок в Уголовный кодекс, его перевели в разряд преступлений средней тяжести.

Случай с изнасилованием в поезде стал резонасным и в сентябре этого года, выступая с посланием народу, президент Касым-Жомарт Токаев заявил, что государство увлеклось гуманизацией законодательства:

Нужно в срочном порядке ужесточить наказание за сексуальное насилие, педофилию, распространение наркотиков, торговлю людьми, бытовое насилие против женщин и другие тяжкие преступления против личности, особенно против детей. Это мое поручение парламенту и правительству.

В парламенте в срочном порядке разработали соответствующий законопроект о переводе таких преступлений обратно в категорию тяжких. Он уже одобрен депутатами мажилиса в первом чтении.

  • За изнасилование (статья 120 УК РК) предлагается наказывать лишением свободы сроком от 5 до 10 лет. Сейчас предусмотрено наказание от 3 до 5 лет. Если изнасилование произошло при отягчающих обстоятельствах, предлагается назначать сроки лишения свободы от 12 до 17 лет. Сейчас это от 10 до 15 лет.
  • За «Насильственные действия сексуального характера» (статья 121 УК РК) предлагается назначать сроки от 3 до 7 лет лишения свободыСейчас это от 3 до 5 лет. Если насилие произошло при отягчающих обстоятельствах, то срок – от 7 до 12 либо от 12 до 15 лет, в зависимости от того, каковы были обстоятельства преступления.

Инициатор законопроекта, депутат мажилиса Нуржан Альтаев, говорит, что документ предполагает возврат преступлений против половой неприкосновенности в категорию тяжких, что повлечет за собой увеличение сроков наказания и ликвидирует возможность примирения сторон. Сейчас же, по словам Альтаева, насильники получают легальную возможность встречаться с жертвой насилия, уговаривать ее помириться и угрожать дальнейшей физической расправой.

«Нам нужно также убрать условно-досрочное освобождение, потому что мы сейчас видим, что человека осуждают, ему дают каких-то пять лет, причем он выходит через пару лет по УДО и в открытую смеется над своими жертвами. Нам надо это прекратить! Причем я предлагаю увеличить сроки заключения за изнасилование вплоть до пожизненного», – перечисляет свои предложения Альтаев.

Однако, по мнению активистки Фаризы Оспан, число изнасилований не уменьшится просто потому, что теперь за это начнут давать от 5 лет лишения свободы.

«Нужно проделать огромную работу, которую наше государство пока делать не собирается. Нужно проводить работу с людьми, которые уже сидят в тюрьмах, чтобы предотвратить рецидив; обучать сотрудников полиции, чтобы они адекватно и быстро реагировали на случаи изнасилования, а не относились как сейчас с насмешками и фразами: «А во что ты была одета?», «Ты была пьяной или трезвой?» – говорит Оспан.

Кроме того она считает, что жертвам насилия необходимо предоставлять бесплатные и качественные услуги психолога. 

«Начинаешь все разбирать и понимаешь сколько всего нужно сделать, а потом просыпается злость от того, что неужели этого всего не понимают люди, сидящие во власти? Наверняка понимают, но это у них не в приоритете. В Казахстане в принципе права женщин на последнем месте», – отмечает активистка.

По ее мнению, в Казахстане нужно исключить любую возможность примирения сторон по делам об изнасиловании и насилии, а все дела доводить до суда, даже если потерпевшая хочет забрать заявление. Пока же ситуация обратная. 

Согласно анализу Factcheck.kz, Казахстан занимает первое место среди стран СНГ по количеству жертв сексуального насилия. За 4 года и 9 месяцев 2019 года в стране было зарегистрировано – 12 246 дел. 4403 из них дошли до суда – это третья часть зарегистрированных дел. При том, что большинство жертв сексуального насилия не пишут заявления.

По данным Национальной сети по изнасилованию, насилию и инцесту (Rape, Abuse & Incest National Network), некоммерческой организации США по борьбе с сексуальными преступлениями, только от 8,4 до 35% случаев изнасилования в мире регистрируется полицией.

«[Жертвы насилия] не обращаются, потому что боятся огласки. В нашем менталитете после изнасилования человек становится «грязным», «запятнанным»», – отмечает психотерапевт Наталья Обердефе.

В Казахстане количество поданных заявлений об изнасиловании или насилии с каждым годом идет на спад. Если в 2014 году было зарегистрировано – 2889 дел, то за 9 месяцев 2019 года число зарегистрированных дел сократилось более, чем вдвое.

Адвокат Джохар Утебеков подозревает, что ослаб прокурорский надзор за регистрацией преступлений. А Фариза Оспан отмечает, что причина того, что большая часть уголовных дел и обращений остаются без внимания и не доходят до суда, может скрываться в общественном «ұят» («позор» – каз.).

«Девушкам или парням, кому бы то ни было, кто подвергся сексуальному насилию, приходится сталкиваться с непониманием и осуждением общества. Вместо поддержки они получают унижение. Они боятся, что им не поверят, что насильник подкупит полицейских и судью. Иногда подключается семья насильника и просит жертву забрать свое заявление, применяя угрозы и психологическое давление», – отмечает активистка.

В то же время возможная причина спада зарегистрированных преступлений, по мнению лидера фонда «НеМолчи.Kz» Дины Тансари, может скрываться и в политической обстановке в Казахстане.

«Наша власть разгоняла митинги. Полиция потратила время на политические акции, а таким правонарушениям начали меньше уделять внимания», – отмечает Тансари.

Ежедневно в фонд поступает порядка 7-8 звонков на телефон доверия. По словам Тансари, помочь получается не всегда и часто выигрывают те дела, где родственники становятся горой, идут в суды, во все инстанции и защищают потерпевшую.

«Из-за того, что закон не предусмотрел адвоката и психолога бесплатного пострадавшей, 90% дел проигрывают. Потому что на стадии досудебного расследования разваливается большинство дел. Только 30% тех дел, которые доходят до суда, заканчиваются решением о лишении насильника свободы», – отмечает лидер фонда «НеМолчиKz».

***

Ирина все же встретилась со своим насильником, чтобы перебороть этот страх в рамках психотерапии. Он не извинился и все эти годы и сам жил в страхе, что его поймают. 

Женщина сейчас находится в стадии ремиссии под контролем опытного психотерапевта. Она также получает второе образование в области психологии и считает, что от ужесточения наказаний ничего не изменится. Нужно оказывать психологическую помощь пострадавшим, создавая условия для успешной реабилитации.

«25 лет прошло – ничего не изменилось. Мой насильник, как ходил на свободе, так и ходит», – заключает Ирина.

 

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Показать все новости с: Касым-Жомартом Токаевым

10.12.2019 11:30

Правопорядок

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

телеграм - подписка black
243 831 885 672 сома

высокольготных кредитов и грантов потратил Кыргызстан за 21 год

Должно ли правительство возвращать жен и детей террористов из Сирии обратно на родину?

«

Январь 2020

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31