90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Туркменистан. Хлопковый десант из детей и бюджетников

07.10.2020 15:00

Общество

Туркменистан. Хлопковый десант из детей и бюджетников

Людей везут на поля в открытых грузовиках и переполненных автобусах, игнорируя холодную погоду и опасность коронавируса

  • В конце сентября работников бюджетной сферы массово направляют на поля. Из-за отсутствия какой-либо координации действий в отдельных районах людей везут на хлопок в открытых грузовиках и даже отправляют пешком.
  • Среди сборщиков замечено немало детей в возрасте от 10 до 16 лет, хотя официально использовать труд несовершеннолетних запрещено. Дети ездят вместо своих родителей либо чтобы заработать денег.
  • Госслужащим от хлопковой повинности можно откупиться, заплатив за наем вместо себя сборщика «с улицы». Руководителей бюджетных учреждений подозревают в присвоении части этих денег.
  • Требования по количеству людей одной профессии, отправляемых на хлопок, разнятся от региона к региону. Например, школьные учителя в Туркменабаде вынуждены два раза в неделю сдавать деньги на хлопок и дважды в месяц, по воскресеньям, ездить самим, а в отдельных районах Дашогуза учителя ездят лишь по выходным, не сдавая вообще деньги среди недели.

Информация в данном отчете передана наблюдателями turkmen.news в Дашогузском, Лебапском и Марыйском велаятах. В целях безопасности источников мы не публикуем точные названия населенных пунктов, в которых проводился мониторинг, а также снимки полей, узнаваемой местности или пунктов сбора, на которых запечатлены лица людей.

Хлопок не уродился, помощь от горожан не требуется

Такова ситуация в Куняургенческом, Губадагском и Болдумсазском районах Дашогузского велаята, а также в Каракумском, Марыйском и Огузханском районах Марыйского велаята. Весенние дожди и паводки, а также летняя засуха оставили десятки крупных арендаторов без урожая. Земледельцы в Дашогузском велаяте говорят, что летом пересохли не только арыки, из которых обычно поливают поля, но даже дренажные коллекторы, вода из которых непригодна для полива.

Мы рады были бы поливать посевы хотя бы плохой дренажной водой, если бы она была, но во всех хозяйствах насосы этим летом бездействовали. В результате стебли хлопчатника еле-еле доходят до колен подростка, а куреки размером с грецкий орех, — отметил арендатор в Куняургенче.

Госслужащих на хлопок в нынешнем сезоне стали вывозить еще до официального начала уборочной кампании, которая стартовала в северном регионе 16 сентября. В конце августа урожая вообще еще не было, так как после ливней в середине мая многим арендаторам хлопок пришлось пересевать. В некоторых хозяйствах урожая и вовсе не будет – руководители ряда дехканских объединений Болдумсазского и Куняургенчского районов отказались помогать пострадавшим земледельцам техникой или семенами для повторного высевания, а последние в отсутствии средств на эти расходы решили оставить все как есть. В результате, в Дашогузском велаяте половина площадей, отведенных под хлопчатник, в конце мая была еще даже не засеяна.

В хозяйствах, чьи арендаторы все же вложили собственные силы и средства, чтобы вырастить хоть что-то, хлопчатник все равно выглядит неухоженным и заброшенным, на полях много «лысых» участков, на которых нет ни единого стебля.

В связи с малым количеством хлопка сельчане выступают против доставки «помощников из города», но есть все же те, кто соглашается принять помощь и даже платит им по 0.30 маната за 1 кг хлопка.

В воскресенье, 27 сентября, я собрал всего 4 кг хлопка, но особо не напрягался, потому что никто не требовал определенного объема, — сообщил наблюдателю в Дашогузе молодой человек, который пошел на хлопок вместо своего родителя-бюджетника. – Для некоторых из нашей группы сбор хлопка – сезонная работа, им выгодно сдавать на харман как можно больше, чтобы заработать, но даже они за весь день не смогли собрать более 16-18 килограммов каждый.

Тем не менее, чиновники заставляют дехкан принимать помощь горожан, чем демонстрируют вышестоящему руководству свою активность в уборочной кампании. При этом и у вынужденных сборщиков, и у арендаторов складывается впечатление, что никто из чиновников не занимается организацией всего процесса. Часто приехавшие «оказывать помощь» бюджетники самостоятельно ищут где можно отработать повинность, а для дехкан внезапный приезд людей становится сюрпризом.

Мы приехали, а нас никуда не распределили, пришлось самим искать себе поле, — рассказал сотрудник госучреждения Болдумсазского района Дашогузского велаята. — Наконец, нашли. Арендатор не обрадовался нашему приходу, но согласился пустить нас собирать урожай. Он сказал, что готов заплатить по 0,30 маната за килограмм, но у него нет мелких денег. А хлопка было очень мало, в среднем один работник за день не набирал и пяти килограммов. В итоге нам пришлось скооперироваться в группы и объединять весь собранный хлопок, чтобы арендатор мог расплатиться с нами крупными купюрами, а дальше выручку мы делили уже сами.

За весь день работы мой доход составил 1,50 манатов. Для сравнения: бутылка растительного масла на базаре нашего района стоит 23 маната ($1). Многие сборщики считают, что арендаторы платят им мало, всего 0,30 маната, хотя государство покупает у них хлопок по 1,40 манатов. Понятно, что у дехкан при сдаче сырца тоже списывают часть хлопка за сорность и влажность, и  они также вынуждены окупать все затраты, связанные с посевом и уходом за землей плюс еще ведь нужно что-то заработать. Поэтому, если ты выражаешь недовольство, [арендатор] резонно отвечает: и этого могу не дать, я тебя сюда не звал.

Организация поездок оставляет желать лучшего

Возможно, недостаточное количество созревшего хлопка является также причиной отсутствия общих правил и требований к выездам бюджетников на уборку. Так, учителя в Туркменабаде обязаны два раза в неделю сдавать деньги на наем работника, а через воскресенье ездить на поля самим либо отправлять вместо себя человека со стороны. А в одном из этрапов Дашогузского велаята ситуация иная: учителей отправляют только по воскресеньям, да и то не всегда — иногда удается провести законный выходной в семье, занимаясь домашними делами. Денег среди недели на наем других людей у них пока не требуют.

Время сбора бюджетников на хлопок – это, как правило, раннее утро, начиная с 6:30. Но это вовсе не означает, что вскоре колонна автобусов трогается в путь. Вот как об организации отправки рассказывает нашему наблюдателю в Дашогузе сотрудник одного из государственных учреждений:

Мы — около 150 человек из разных организаций — подошли к районному хякимлику в 6:30 утра, как и было назначено. Однако транспорт был подан лишь в 8:45. Было очень холодно, около пяти градусов, и ветрено. Люди пришли в шапках, на шапки натягивали капюшоны, многие были укутаны в шарфы. Ждать 2,5 часа на холодном ветру было невыносимо, некоторые вернулись домой, сказав, мол, сами нас погнали на хлопок, мы пришли, а ничего не организовано.

Потом вместо автобусов к замерзшим людям отправили один бортовой ЗИЛ, куда погрузили и женщин, прихвативших с собой детей, и подростков. К другим «хлопкообязанным» их ведомства в последний момент отправили микроавтобусы, принадлежащие самим же работникам этих ведомств. Тем, кому не хватило места, пришлось ловить попутки. Около сорока человек просто пошли пешком по трассе за пять километров, затем повернули вглубь в колхозы и так шли еще километра три, пока не нашли нужный участок.

В этой группе были и подростки, которые отправились на хлопок вместо своих родителей либо ради заработка. На большой трассе, соединяющей Дашогуз с районами области, люди шли по обочине, и был реальный риск того, что проезжающие машины могли кого-то сбить. В колхозах тоже небезопасно. Людей и машин там немного, но вот собак масса. Одну молодую женщину из группы мужчины еле-еле смогли отбить от разъяренного алабая, который вцепился ей в ногу.

В Мары отправляющиеся на хлопок жители первого микрорайона собираются, в основном, возле школы №14, на улице Баумана. Сбор также в 6:30 утра. Автобусы здесь отправляются сразу, как только все займут свои места, но по дороге водители подбирают группы людей, чей сбор назначен в других точках города — в районе Мерв-базара, книжного магазина или школы №1. В основном, это жители третьего микрорайона и центра города.

О безопасности помощников из города никто не беспокоится. В частности, никого не интересует — соблюдаются ли меры безопасности при транспортировке, в каком техническом состоянии находятся автобусы, микроавтобусы и грузовики. Тот же водитель ЗИЛа прекрасно осведомлен, что за перевозку людей в кузове ему грозит штраф, но он также знает, что в сезон хлопкоуборочной кампании не до «мелочей» — главное, выполнить приказ начальства. Дорожная полиция не сопровождает транспорт с людьми.

То же самое чиновники – вряд ли они ответят, если случится что-то серьезное или если кого-то из бюджетников, направляющихся на поля пешком, собьет автомобиль. Ответственность представителей местной власти — сбор и отправка горожан в дехканские объединения, доставка их на место и распределение по конкретным хозяйствам. Судя по сообщениям наблюдателей, эта работа во всех трех велаятах организована плохо.

COVID-19 обойдет «трудовой десант» стороной?

Особая тема в условиях пандемии коронавируса — эпидемическая безопасность. Власти Туркменистана по-прежнему не признают факта проникновения COVID-19 в страну, но при этом в городах вводят довольно жесткие санитарные меры. Из Туркменабада и Мары, например, поступают сообщения о курсирующих по городу автобусов «ПАЗ» с полицейскими внутри. Они останавливаются рядом с прохожими без маски на лице, сажают их в автобус и увозят в отделение. Там нарушителям масочного режима выписывают штраф в размере 22 маната (около $1) и отпускают. В Мары проверка пассажиров городских автобусов осуществляется, преимущественно, на остановке Зеленого базара. Полицейские заглядывают в автобусы и высаживают людей без масок. Ранее turkmen.news сообщал о том, что водителей пригородных автобусов штрафуют на 600 манатов за то, что они набирают пассажиров больше количества сидячих мест.

Однако, похоже, на «хлопковый десант» обязательность соблюдения этих мер не распространяется. По свидетельству наблюдателей, около половины бюджетников, направляемых на поля, кашляют. Что это — коронавирус или просто сезонные простуды — никого не волнует. Ни о каких масках и прочих мерах предосторожности речь не идет.

Людей доставляют на хлопок в переполненных автобусах. Учителя в Мары удивляются: в школах в связи с опасностью инфицирования COVID-19 развесили плакаты о соблюдении дистанции и с советами не пользоваться общественным транспортом, а при отправке на поля людям и не думают обеспечивать социальную дистанцию. То, как везут горожан на уборку хлопка в переполненных автобусах, лишний раз доказывает: для чиновников этих правил не существует, они озабочены лишь «битвой за урожай».

«Детская» тема по-прежнему актуальна

Наблюдатели отмечают, что подростков на полях в этом сезоне довольно много. На вид это дети от 10 до 16 лет. Одни ездят на хлопок вместо родителей-бюджетников, а другие нанимаются за деньги вместо взрослых.

Мальчик, ученик девятого класса средней школы одного из районов Дашогузского велаята, рассказал наблюдателю turkmen.news, почему он в воскресенье собирал хлопок.

Мама работает в отделе культуры, всегда ездит сама, а тут заболела, температура поднялась. Ее начальник сказал по телефону, чтобы она вместо себя отправила наемника. Но ему же платить надо, а у нас долги. Дома решили, что вместо мамы поеду я, все равно выходной, в школу не надо идти. В прошлое воскресенье собрал 12 кг. В нашем классе из 32 учеников хлопок собирают 6 человек: четыре мальчика и две девочки. Двое из них ездят как наемники за деньги – помогают своим семьям, а остальные вместо своих родителей.

В других классах примерно так же. Классные руководители и директор школы относятся к этому с пониманием. Из-за новых санитарных требований разбить классы по 15 человек им даже выгодно, чтобы было меньше учеников, иначе, если придет проверка и в классе окажется больше учеников, то у них будут проблемы. Но проверок в этом году намного меньше, учителя между собой обсуждают, что сами работники районного отдела образования, опасаясь за свое здоровье, по школам стараются лишний раз не ходить, поэтому все вопросы решают с директором по телефону.

Массово отправлять школьников на хлопок перестали еще в период правления первого президента Сапармурата Ниязова, но и его преемник на этом посту Гурбангулы Бердымухамедов выступал с жесткими заявлениями по поводу детского труда. С тех пор на поля в принудительном порядке вывозят взрослых бюджетников, к числу которых относятся и учителя. Однако запрет на использование детского труда стал все чаще нарушаться.

Как рассказал источник turkmen.news, учителя часто вместо себя посылают на хлопок учеников старших классов. Педагоги на уроке спрашивают, есть ли желающие пойти на хлопок, и платят детям по 20-25 манатов за день (чуть менее полутора долларов по рыночному курсу). В школьном журнале учащихся отмечают как присутствующих на уроках, но на самом деле они находятся далеко за пределами класса. Это происходит не первый год. Учителям не хочется самим горбатиться на полях, а некоторые ученики рады прогулять уроки и заодно подзаработать.

Взрослым безработным, замещающих бюджетников, платят такую же сумму – 20-30 манатов. Потому, очевидно, педагоги предпочитают платить ученикам, что трудно найти взрослых желающих подработать за такие деньги.

Работников стали нанимать сами руководители учреждений. Что за этим стоит?

Существует еще одна проблема, касающаяся найма замещающих работников. Раньше, в 2000-х годах, у бюджетников был выбор: ездить на хлопок самим либо нанимать кого-то за свой счет. Затем, в 2010-х годах, самим в рабочее время ездить запретили, оставив выбор: нанимать людей либо платить деньги. Сейчас же во многих школах Лебапского велаята директора поставили условие: работники сдают деньги ему, а он находит людей сам, причем, якобы из сельской местности. Учителя подозревают, что их руководители используют эту схему для собственного обогащения, а деньги там крутятся немаленькие.

Вместо моей знакомой учительницы на хлопок до сих пор всегда ездил ее родственник, — рассказывает источник в Туркменабаде. — Этот человек не пьет, дисциплинирован, много собирал, к нему никогда не было никаких нареканий ни со стороны этой учительницы, ни со стороны администрации ее школы. Но в этом году директор объявил, что желающие нанять вместо себя работников должны не сами это делать, а сдать 20 манатов за поездку ему, директору. Но ведь никто не знает, сколько, в конечном итоге, учителей и техперсонала поедет на поле.

Может быть, на деньги 30 педагогов будут наняты только 20 или даже пять работников, куда пойдут остальные собранные средства? Директор, выходит, положит их в свой карман? Некоторые учителя покорно отдают деньги, лишь бы их каждый раз не трясли по этому поводу, хотя, по большому счету, какая разница, кто будет собирать этот хлопок?

В больших школах Туркменабада весь коллектив учителей делят на группы по 30-35 человек, хотя заместитель хякима по образованию, культуре, здравоохранению и спорту Гульнара Джумаева на ночном собрании 28 августа потребовала увеличить количество в каждой группе до 45 человек. Еженедельно одна такая группа должна дважды выезжать на хлопок. «Выезжать» — это иносказание, ибо никто не позволит стольким учителям одновременно оставить рабочее место; тут весь вопрос в деньгах, именно их и требуется сдавать дважды в неделю, чтобы оплачивать наем работников. И вот какая получается финансовая схема.

Например, каждый день группа из 30 учителей сдает директору по 20 манатов. Итого 600. В неделе 6 рабочих дней и ежедневно 600 манатов ложатся на стол директору — 3600. Из того расчета, что хлопок начался в конце августа (а в Мары, например, с коммунальщиков собрали по 300 манатов уже 20 числа) и продолжится как минимум до конца ноября, то, с вычетом всех воскресных дней, за три месяца набирается сумма в 46,800 манатов (более $2 тысяч). И это поборы на хлопок только в одной школе! По факту же, хлопок может продолжаться вплоть до середины декабря, а в самый разгар уборки – в октябре, «поездки» учителей на хлопок вместо двух дней в неделю увеличатся до трех, а это уже другие суммы.

  • С точки зрения международных организаций, использование для уборки хлопка взрослых бюджетников, равно как вымогательство у них денег на наем замещающих работников, — немногим лучше детского труда. Требование выполнять функции, несвойственные профессии, считается принудительным трудом, который запрещен рядом конвенций Международной организации труда и национальным законодательством Туркменистана.
  • Власти Туркменистана не признают существования проблемы, уверяя, что в сборе хлопка задействованы только техника и добровольные работники. Чиновники игнорируют многочисленные свидетельства вывоза бюджетников на поля, попадающие в распоряжение независимых СМИ. Зато более 90 мировых брендов отказались от закупки туркменского хлопка, потому что не используют ресурсы, полученные с применением принудительного труда. С 2018 года США по той же причине запретили ввоз туркменского хлопка на свою территорию.

 

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Показать все новости с: Гурбангулы Бердымухамедовым

07.10.2020 15:00

Общество

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

Мигранты. Истинные цифры о преступности

Досье:

Мыктыбек Юсупович  Абдылдаев

Абдылдаев Мыктыбек Юсупович

Депутат Жогорку Кенеша КР V созыва

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»
0$

пенсия, получаемая бывшими президентами Киргизии Аскаром Акаевым и Курманбеком Бакиевым

«

Ноябрь 2020

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30