90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Узбекистан: шелковая промышленность ставит под угрозу ремесленничество

27.01.2020 15:52

Общество

Узбекистан: шелковая промышленность ставит под угрозу ремесленничество

Мастера шелкоткачества Ферганской долины опасаются, что с развитием промышленного производства могут быть утеряны вековые традиции их ремесла.

Кожура граната, шелуха лука, скорлупа грецкого ореха и корни неизвестных растений, собранные в кучу у котла в доме Абдунаби Тоштемирова, наполняют воздух резким запахом.

Позднее Тоштемиров добавит все это в специальную смесь, которую использует для окрашивания своих тканей. Изготовление этих смесей – мастерство, которое ремесленники, ткущие шелковые ткани, из города Маргилан в Ферганской долине передают из поколения в поколение.

В мастерской Тоштемирова тесновато – здесь едва помещается ткацкий станок размером примерно один метр на три. Длинные разноцветные нити натянуты на оборудовании, как струны на арфе. При ритмичном движении челнока туда и обратно вырисовывается будущая картина.

60-летний Тоштемиров – абрбандчи, то есть мастер, который изготавливает ткани ручным способом. Термин образован от персидского слова «абр», означающего облако. А еще так называется ткань икат, распространенная в регионе.

В Маргилане издавна ткали и красили ткани исключительно мужчины. Но времена изменились, и это ремесло начали осваивать и женщины. Однако Тоштемиров не подпускает к станку жену и дочерей. Он считает, что традиции должны быть сохранены – именно это, по его мнению, придает его продукции особую ценность.

Тоштемиров родился в семье мастеров шелкоткачества. Он вспоминает, как в детстве играл с белыми и серебряными нитями. Его дедушка возил шелк на продажу в Хотан, оазисный городок в нынешней китайской провинции Синьцзян.

В советские годы кустарное производство переживало сложные времена. Ремесленники, у которых были собственные мастерские, осуждались как якобы мелкобуржуазные предприниматели. Коммунисты практически уничтожили их как нежелательный социальный класс.

Не желающие подчиняться могли попасть в тюрьму. Отец Тоштемирова был среди тех, кто «играл с огнем», передавая свое мастерство сыну.

«Нескольких моих друзей и знакомых отправили за решетку. У меня до сих пор осталось чувство страха при виде милиционеров, – сказал Тоштемиров Eurasianet.org. – У нас в доме была маленькая незаметная комнатка, где стоял ткацкий станок. Входили в комнату через шкаф. Окна были на потолке. Там ночами мы с отцом ткали атлас».

Тоштемиров – один из нескольких сотен (возможно, 250 или около того) мастеров традиционного шелкоткачества в Маргилане.

Город, население которого сегодня составляет около 200 000 человек, уже много лет ассоциируется с шелком. Цифры говорят за себя. Узбекские специалисты по истории традиций изготовления тканей говорят, что в 1910 году в Ферганской области было 1387 шелкоткацких мастерских. Из них 911 были в Маргилане. В настоящее время в шелковом бизнесе занято около 2 000 человек.

Возрождение шелкоткачества как ремесла началось при советском лидере Михаиле Горбачеве, чьи реформы в конце 1980-х годов позволили создавать кооперативы, принадлежащие рабочим. Это дало простор для процветания творчества за пределами крупной текстильной промышленности, доминировавшей в советское время.

С распадом СССР все изменилось – на смену плановой экономике пришел свободный рынок. Производителям шелка пришлось адаптироваться заново.

В конце 2017 года президент Шавкат Мирзиёев принял ряд мер, призванных облегчить жизнь ремесленников. Это и налоговые послабления, и указ о предоставлении льготных кредитов людям, занимающимся ремесленничеством.

У Маргилана нет такого архитектурного наследия, как у Самарканда, Бухары и Хивы, поэтому остается полагаться на свое шелковое наследие для привлечения туристов.

Аъзамхона Абдуллаева, владельца шелковой фабрики «Ёдгорлик», что в переводе с узбекского означает «память», можно назвать пионером в этом направлении. В его фабрике можно увидеть и узнать много интересного. Деревянные ворота с резьбой в ферганском стиле всегда открыты для гостей, а Абдуллаев готов рассказать им о своем видении ремесленного туризма на свободном русском или на ломаном английском языке.

«Ёдгорлик – это не просто фабрика, а фабрика-музей. Весь цикл производства – от кокона до готовой ткани и шелковых ковров – основан на древних традициях, сохраненных в Маргилане», – сказал он.

По мере того как Узбекистан открывается миру, здесь наблюдается что-то вроде туристического бума, и такие жители страны, как Абдуллаев, от этого выигрывают. «Ёдгорлик» посетило около 8 000 туристов в прошлом году, при том что в предыдущем – порядка 6 000.

Абдуллаев начал работать в «Ёдгорлике» в 1981 году, когда это была еще государственная фабрика. 11 лет спустя он ее приватизировал, и теперь здесь трудятся около 200 человек.

«Сегодня мы производим около 100 наименований продукции – шелковые ткани различных видов, от классического узбекского текстиля до шелковых ковров. Привлекаем молодых дизайнеров. Производим современные ткани с авангардным рисунком, который они создали», – сказал Абдуллаев.

Тоштемиров говорит, что крупные фабрики, такие как у Абдуллаева, не составляют ему конкуренции, поскольку ориентированы на экспорт.

«Сейчас много цехов, где производят ткани на электрических станках. Если они в день могут производить от 50 до 100 метров ткани, то я могу изготавливать только 10 метров. Но дело в том, что я использую только натуральные краски», – сказал он.

Тоштемиров сказал, что его продукция в основном ценится дизайнерами и магазинами для туристов, предлагающими более высококачественные и дорогие товары.

Эксперт по текстилю Шухрат Эргашев пытается убедить правительство, чтобы оно делало больше для шелкового наследия Маргилана.

«Нужно построить музей, – сказал он Eurasianet.org. – И если мы будем проводить фестивали ткани, то сможем привлечь специализированную категорию туристов – дизайнеров и представителей индустрии моды».

Тоштемиров между тем фокусируется на самом ремесле и считает, что его необходимо развивать по всей стране. Он помог создать цеха по производству абровых тканей в Ташкенте, Самарканде и Бухаре, и обучил около 100 человек секретам абрбандчи.

Его беспокоит то, что ввиду легкости и прибыльности промышленного производства кустарный метод может постепенно исчезнуть.

«Промышленное производства шелковых и других видов маргиланских тканей вытесняет ручной труд, – сказал Тоштемиров. – Необходимо, чтобы государство выплачивало абрбандчи постоянное пособие, независимо от результатов их труда. Только так можно сохранить этот вид ремесла и передать его молодому поколению».

 

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Показать все новости с: Шавкатом Мирзияевым

27.01.2020 15:52

Общество

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

1945
$25,7 млрд

объем инвестиционной программы "Газпрома" в 2014 году

Нужно ли повторно вводить в Кыргызстане режим ЧП из-за резкого роста количества заболевших COVID-19?

«

Август 2020

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31