90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Сотрудничество Токио и Анкары в Центральной Азии: Времена больших надежд прошли

16.11.2020 11:30

Политика

Сотрудничество Токио и Анкары в Центральной Азии: Времена больших надежд прошли

Особенность внешней политики государств Центральной Азии заключается в том, что страны «пятёрки» активно диверсифицируют свою внешнюю политику с целью избежать собственной зависимости от влиятельных внерегиональных игроков. 

Однако порой для того, чтобы «найти ключ» к региону, и внешние игроки объединяют усилия. Например, так складывался тандем Токио и Анкары вокруг центральноазиатской повестки.

Источник: Сотрудничество Токио и Анкары в Центральной Азии: Времена больших надежд прошли

Общий характер взаимодействия Токио и Анкары в Центральной Азии Ia-centr.ru обсудил с Олегом Геннадьевичем Парамоновым, старшим научным сотрудником Института международных исследований МГИМО МИД России.

 – Как Вы можете охарактеризовать ключевые интересы Турции и Японии в Центральной Азии, к чему страны стремятся и что продвигают?

– В публикациях коллег-тюркологов применительно к политике Анкары всё активнее используются такой термин, как пантюркизм, а в последнее время – еще и неоосманизм. Потому, мне кажется, что Турция последовательно пытается выполнять функцию «базовой опоры» для всех тюркоязычных народов. 

Так, в Центральной Азии турецкое присутствие не ограничивается исключительно политическими и экономическими интересами страны, а связано с продвижением ценностей и идей условного тюркоязычного мира.

В отношениях Японии со странами Центральной Азии также присутствует ценностная составляющая, правда, в не столь явном виде, скорее, как проявление некой «азиатской солидарности». В Японии среди националистически настроенных историков, этнографов популярна идея о том, что корни японской нации находятся не на Корейском полуострове, а где-то в районе сегодняшней Центральной Азии и Монголии. Впрочем, японский и тюркские языки, менталитет действительно имеют много общего.

При этом в своём «родном» регионе Северо-Восточной Азии Япония так и не смогла утвердиться в комфортном для себя статусе. Как отметил однажды кыргызский эксперт Эсен Усубалиев, Японию можно рассматривать как «азиатский Израиль». Страны-соседи её уважают и одновременно пытаются бросить ей вызов.

Что касается экономических интересов Японии в Центральной Азии, то они, безусловно, присутствуют. 

В частности, в сфере инфраструктурных проектов, энергетики, добычи редкоземельных металлов, в агропромышленном секторе. Японские компании активно оказывают содействие странам региона в геологоразведке. 

Вместе с тем, Япония, ориентирующаяся на морскую логистику, ещё в 1990-х гг. убедилась в низкой транспортной доступности «сухопутного региона».

– Какие точки соприкосновения у Турции и Японии есть в Центральной Азии? Как так вышло, что столь отличные друг от друга страны стали партнёрами, да еще и на центральноазиатской площадке?

– В Токио при осуществлении собственных проектов в Центральной Азии столкнулись с «целым букетом» серьёзных проблем.

Например, различия в бюрократической культуре, деловом администрировании в Японии и государствах центральноазиатской пятёрки оказались весьма велики.

Тогда в Токио решили, что желательно действовать с помощью «страны лоцмана» – по меткому выражению эксперта РСМД Николая Мурашкина. Дружественные отношения Японии и Турции, во многом основанные на исторической памяти, оказались здесь весьма кстати.

Турецкий бизнес, турецкие чиновники имеют очень хорошие деловые коммуникации в странах Центральной Азии. На этой почве возник ряд японо-турецких и более широких консорциумов в сфере инфраструктуры, энергетики, химической промышленности. Значительная их часть реализуется на территории Туркменистана, Казахстана, Узбекистана.

Взаимодополняющий характер этих проектов заключался в том, что японская сторона обычно отвечает за финансирование и, в ряде случаев, предоставляет технологии, а турецкие компании выступают как субподрядчики. Проекты Японии и Турции связаны и с магистральным газопроводом Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ), имеющим, впрочем, неопределённые перспективы реализации.

Также имела место кооперация Японии и Турции в использовании инструментов «мягкой силы». В 2007 была создана Ассоциация дружбы между Японией, Турцией и Центральной Азией, осуществлявшая проекты в сфере образования с финансированием из Японского фонда. Впрочем, где-то с 2016 г. Турция в деятельности ассоциации участия не принимает.

– Есть ли какие-то трудности в рамках данного сотрудничества?

– Эксперты оценивают эффективность турецкой «мягкой силы» в Центральной Азии весьма высоко, в том числе, в сравнении с японской.

Однако, помимо инициатив, продвигаемых под патронажем турецкого государства, например, Организацией по развитию сотрудничества с тюркоязычными странами, значительная часть реализуемых в этих странах культурно-образовательных проектов может быть связана с Фетхулахом Гюленом (основоположник движения гюленизма, одна из главных идей которого сводится к распространению исламских ценностей, как в самой Турции, так и в мире – ред .). Гюлена же Реджеп Эрдоган считает своим политическим противником, потому Анкара и начала проявлять избирательность и сдержанность в вопросах поддержки подобных инициатив.

Кроме того, фокус турецкой политической активности в целом сместился в сторону Ближнего Востока и Северной Африки, Закавказья. 

При этом непредсказуемость и напористость турецкого лидера стала вызывать заметные опасения не только у союзников Турции по НАТО, но и в странах Центральной Азии, причём как на уровне элит, так и среди более широких слоёв населения.

Имеет место даже определённое дистанцирование Токио от Анкары, во многом по причине роста китайского экономического влияния в Турции.

– Как можно охарактеризовать дальнейшие перспективы тандема «Анкара-Токио» в Центральной Азии?

– На данный момент для Токио важно сохранить уже имеющиеся позиции в Центральной Азии, и запущенные совместно с турецкими партнёрами проекты будут продолжаться. Что касается дальнейших перспектив, то уверенности здесь нет.

Знаковым событием для японо-турецких отношений в целом можно считать прекращение сотрудничества по проекту Синопской АЭС (Черноморское побережье Турции), который мог стать «визитной карточкой» провозглашённого ещё в 2013 г. стратегического партнёрства Токио и Анкары. Вместе с тем, в Центральной Азии без «лоцмана» Токио будет обойтись сложно.

 

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Показать все новости с: Реджепом Эрдоганом

16.11.2020 11:30

Политика

Система Orphus

Правила комментирования

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

Мигранты. Истинные цифры о преступности

Досье:

Курманбек Касымбекович Омурбеков

Омурбеков Курманбек Касымбекович

Депутат Жогорку Кенеша КР V созыва

Перейти в раздел «ДОСЬЕ»

Дни рождения:

$1 миллиард

составил объем денежных переводов из России в Киргизию в 2012 году

Какой вакциной от коронавируса Вы предпочли бы привиться?

«

Июль 2021

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31