90 секунд
  • 90 секунд
  • 5 минут
  • 10 минут
  • 20 минут

Энергетическая безопасность Кыргызстана: пути выхода из перманентного кризиса

03.02.2022 17:17

Энергетика

Энергетическая безопасность Кыргызстана: пути выхода из перманентного кризиса

31 января в Бишкеке на площадке дискуссионного клуба «Пикир» прошёл круглый стол на тему «Энергетическая безопасность Кыргызстана: пути выхода из перманентного кризиса». Партнёрами выступили Фонд по молодёжному гуманитарному сотрудничеству «Евразийцы – новая волна» и мультимедийный информационный портал «Кундеми».

В мероприятии приняли участие эксперты из Кыргызстана и России, в том числе авторитетные энергетики, политологи, специалисты по вопросам безопасности, журналисты, а также студенты  Международного университета Кыргызской Республики и Кыргызско-Российского Славянского университета.

В ходе дискуссии эксперты обсудили причины энергокризисов в Кыргызстане, пути решения проблем энергетической безопасности республики, перспективы сотрудничества Кыргызстана и России в сфере энергетики, в т.ч. атомной.

Основные тезисы выступлений:

Бакыт Бакетаев, политолог, сопредседатель клуба «Пикир»:

«После недавнего блэкаута в очередной раз появилось много вопросов к кыргызстанским энергетикам. Хотя Кыргызстан, надо отдать энергетикам должное, и вышел из блэкаута всего лишь в течение часа, в то время как Казахстан – в течение суток, Узбекистан выходил двое суток. Мы хотим понять, в каком состоянии сегодня находится энергетика Кыргызстана, какие перспективы нас ждут, смогут ли наши гидро- и теплоэнергетика в будущем работать без таких рисков. Электроэнергию можно сравнить с кровью страны, а генерирующие станции – с сердцем. И эти риски угрожают жизни всей страны».

Вадим Ночёвкин, журналист, сопредседатель клуба «Пикир»:

«Вряд ли кто поспорит с тем, что Кыргызстан находится в состоянии перманентного энергокризиса. В очередной раз из-за маловодья, как гласит официальная версия, уровень воды в Токтогульском водохранилище достиг критического уровня. Особую актуальность наша сегодняшняя тема приобрела из-за недавней масштабной аварии в объединённой энергосистеме Средней Азии и Южного Казахстана – пожалуй, беспрецедентной для нашего региона. Проблема существует и становится, возможно, острее с каждым днём».

Ильяс Давыдов, экс-министр промышленности, энергетики и топливных ресурсов КР:

«Энергетика – это государствообразующая отрасль. Есть энергетика – есть государство. Знать прошлое - значит знать, что происходит сегодня. Сейчас энергосектору нужны вертикаль власти и вертикаль управления. Те традиции, которые были заложены со времен СССР, надо сохранять и использовать. Нашим руководителям пора обратить внимание и на кадры. Энергетика – кровеносные сосуды в развитии экономики нашей страны.

До 1994 года центральноазиатская энергетическая система работала параллельно, управляясь из Ташкента. Стандарты и нормативы спускались после согласования со всеми руководителями. В те годы одни районы Кыргызстана получали электроэнергию из Таджикистана, другие – из Узбекистана, Таласская область была полностью подключена к Казахстану. В то время вводили 10-12 млрд кВт.ч генерирующих мощностей. Однако после распада СССР энергосистема стала «раскачиваться».

С 1994 года Кыргызстан вкладывал средства в то, чтобы перевести снабжение на свои системы. Первой была задача перевести Таласскую область на свою систему, чтобы не зависеть от энергосистем Казахстана и Узбекистана. В части сетевого хозяйства мы сделали всё, что смогли. Одним из важных моментов стало строительство ЛЭП «Датка-Кемин». Я бы хотел подчеркнуть, что наша республика – горная: линия от Токтогула до Бишкека проходит четыре перевала на высоте 3300 метров. Это самая сложная и трудная трасса во всём мире.

В части энергетического суверенитета Кыргызстана за 30 лет сделано многое. Есть два ключевых документа, которыми надо пользоваться в сфере энергетики, - Договор о рациональном использовании водных ресурсов и Договор о параллельном использовании систем. Документы были подписаны в 1998 году премьер-министрами Узбекистана, Казахстана, Таджикистана и Кыргызстана.  Они являются основополагающими, ими должны пользоваться не только энергетики, но и правительства наших стран.

Что касается объединённого энергокольца Центральной Азии - если откажемся от параллельной системы, то зайдём в тупик. Соглашение о параллельной работе энергосистем – это благо для стран-участниц. Мы сейчас уже на пределе покрытия мощности. Представьте, что будет, если мы сейчас окажемся вне системы, а у нас выйдет из работы один блок ТЭЦ или агрегат ГЭС. Вопрос выхода из параллельной системы стоять не должен. Нам только нужно её совершенствовать: контролировать транзит, лимит, мощности и прочее.

Объединённое энергокольцо позволяет странам не только балансировать работу энергосистемы, но и зарабатывать на перетоках. За счёт покрытия пиковых нагрузок в Узбекистане мы получаем до 20 миллионов долларов. Кроме того, если Кыргызстан выйдет из общей энергосистемы Центральной Азии, то страна не сможет покрывать потребности по проекту CASA-1000. Энергосистеме нет альтернативы, только за счёт нее мы стабилизируем работу системы. Первым делом сегодня нужно принимать решение по усилению противоаварийности.

Из-за чего произошла авария в энергосистеме? На Сырдарьинской ГРЭС произошёл обрыв шлейфа на 500 киловольт. ГРЭС вышла из строя, нагрузка легла на соседние станции и отключились три линии от Казахстана. При этом алматинские станции на «ноль», молодцы, не сели, а ТЭЦ Бишкека села, почему – надо разбираться. В этом вопросе всегда должна быть взаимопомощь. Отказавшись от общей энергосистемы, мы сами себе создадим очень серьёзную проблему. Конечно, недруги будут стараться, чтобы все республики работали изолированно. Всемирный банк, когда мы разделились, делал всё, чтобы энергетика развивалась по их принципам и стандартам».

Алина Молдокеева, политолог, доцент Международного университета Кыргызской Республики:

«Кыргызстан располагает значительными запасами гидроресурсов и занимает по этим показателям третье место в СНГ после России и Таджикистана. Это - 268 рек, 97 крупных каналов и 18 водохранилищ, потенциал которых составляет около 143 млрд кВтч ежегодной выработки электроэнергии.

На территории республики насчитывается более 8 000 самых различных ледников, в которых законсервировано 650 кубических километров пресной воды. Гидроэнергетический потенциал КР составляет 142 млрд киловатт-часов электроэнергии, из которых республика использует всего 10%. Согласно информации Министерства энергетики и промышленности КР, например, на реке Нарын можно построить до 30 гидроэлектростанций суммарной установленной мощностью до 6,2 гигаватт.

Гидроэнергетический потенциал всех малых рек и водотоков составляет порядка 5-8 млрд кВтч в год, при этом ежегодная выработка электроэнергии в среднем составляет всего около 14 млрд кВтч.

Вся Центральная Азия является регионом с быстрорастущим населением, где, согласно данным ООН, в 2000-2020 годах прирост составил 20 миллионов человек, или 36%. К 2021 году численность населения региона составила 75,4 миллиона человек. Прогноз на период до 2050 года выглядит не менее динамично и находится на уровне более чем 100 миллионов человек, или 32,6%. 48% жителей Центральной Азии проживают в городах, а ориентированность государств на индустриализацию и переориентирование экспорта с сырья на продукцию с добавленной стоимостью требуют дополнительных энергетических мощностей для развития.

На этом региональном рынке гидропотенциал Кыргызстана просто огромный, соседние равнинные республики с растущими экономиками не имеют таких природных возможностей. В Кыргызской Республике функционирует 12 малых ГЭС, тогда как в стране возможно строительство 100 малых ГЭС мощностью 180 МВт со среднегодовой выработкой электроэнергии до 1,0 млрд кВтч. Когда-то в советские времена всего их насчитывалось около 200. Гидропотенциал малых рек используется примерно на 3%.

Почему же не удаётся этот потенциал реализовать?

С 2019 года наблюдается маловодный цикл в бассейне реки Нарын-Сырдарья, что и привело к недостаточному сбору воды в Токтогульском водохранилище, которое вмещает 19 млрд кубометров воды. В 2007-2008 годы, когда запасы там снизились почти до 7-8 млрд кубометров, власти КР вынуждены были ввести ограничения на потребление электроэнергии населением. К 20 января 2022 объем воды в Токтогулке снизился до 9,4 млрд кубометров. Для сравнения, в 2021 он составлял 11,2 млрд, в 2020– 14,1 млрд кубов. Для экономии воды в Токтогульском водохранилище власти страны в 2021 году путём обмена и прямых закупок импортировали из Казахстана, Узбекистана и Туркменистана более 2 млрд киловатт-часов электричества.

Кыргызстан ежегодно потребляет около 15 млрд кВт/ч электроэнергии с ежегодным ростом на 4-5%. Кыргызстан договорился занять у соседей 1 млрд 650 млн кВт/ч, которые можно возвращать поэтапно, в летние месяцы вплоть до 2023 года. Кроме того, Кыргызстан импортировал электричество из Туркменистана - транзитом через Узбекистан. Всего с августа по декабрь планировалось закупить 501 млн кВт/ч. В 2022 году Кыргызстан купит ещё больше электроэнергии: Бишкек уже договорился с Казахстаном, Узбекистаном и Туркменистаном о поставке 3 млрд кВт/ч электричества. С 2010 года власти привлекли 390 млн долларов на строительство линии электропередачи «Датка-Кемин», 386 млн долларов - на модернизацию ТЭЦ Бишкека, 208 млн долларов - на строительство подстанции «Датка», 450 млн долларов (часть – гранты) - на модернизацию Токтогульской ГЭС.

В 2022 г. энергокомпании должны вернуть по кредитам 4 млрд 760 млн сомов, но уже в 2023 году эта сумма вырастет до 5,5 млрд сомов, а к 2027-му – до 13,5 млрд сомов. 18 млрд сомов энергокомпании должны непосредственно правительству, которое предоставляло бюджетные средства. Из общей суммы задолженности 44,3 млрд сомов приходится на ОАО «Электрические станции», 68,2 млрд сомов – на Национальную электрическую сеть Кыргызстана (НЭСК).

Дефицит электричества самым прямым образом бьет по инвестиционной привлекательности страны. В категории «Подключение к системе электроснабжения» рейтинга Doing Business за 2020 год республика заняла 143 место между Ливией и Лаосом.

Дмитрий Орлов, генеральный директор аналитического центра «Стратегия «Восток-Запад» (Кыргызстан):

«В 2013 году Национальный совет США по разведке дал прогноз, что в Центральной Азии возможны межгосударственные конфликты из-за водных ресурсов. Годом раньше ООН обнародовала доклад о состоянии водных ресурсов. В нем сказано: «40 % человечества живет в регионах, испытывающих высокий уровень водного стресса (по причине нехватки пресной воды). К 2025 году около 5,5 млрд человек могут испытывать водный стресс». По данным той же ООН, за последние 60 лет в мире произошло более 500 конфликтов, связанных с доступом к воде. Из них в 21 случае спор привёл к военным действиям. В мире на сегодня существует двадцать точек, в которых возможен конфликт из-за воды. В их числе оказалась и Центральная Азия, причём потенциально в конфликт могут быть втянуты все страны региона одновременно.

Водные ресурсы в государствах региона распределены неравномерно. Он чётко делится на богатые водой страны верховья – Таджикистан и Кыргызстан, и зависимые от них в поступлении воды «низовые» - Узбекистан, Туркменистан и Казахстан. В Кыргызстане берёт исток Сырдарья (образуется при слиянии рек Карадарья и Нарын), а в Таджикистане – Амударья (начинается при слиянии Пянджа и Вахша). Среднегодовой сток Нарына – 19 млрд кубометров воды. Из них 14 млрд отпускается низлежащим по течению Узбекистану и Казахстану. Когда Кыргызстан хотел взимать со стран низовья плату за воду, Узбекистан резко выступал против этого, утверждая, что вода — это дар божий, и брать за неё плату нельзя. Однако мировой опыт показывает, что страны в низовьях рек имеют право бесплатно получать лишь половину стока. В случае с Нарыном это – 7 млрд кубометров воды в среднем.

В советское время все водохранилища в Кыргызстане строились для того, чтобы обеспечить узбекских и казахстанских земледельцев поливной водой для хлопка и риса. Взамен Советская Киргизия получала из Узбекистана и Казахстана газ и уголь. На их оплату из союзного бюджета Киргизская ССР получала 600 млн рублей в год. Инфраструктуру же всех водохранилищ совместно обслуживали инженеры Кыргызстана, Узбекистана и Казахстана. Только Токтогульское водохранилище затопило более 32 тысяч гектаров плодородных земель Советской Киргизии. Под водой остались 24 села и районный центр, где до этого проживали около 30 тысяч человек. Под Кировское, Орто-Токойское и Папанское водохранилища Кыргызстана тоже отдавались плодоносящие земли. В общей же сумме площадь всех затопленных под водохранилища земель Киргизской ССР составила 47 тысяч гектаров.

В зимнее время в Кыргызстан и Таджикистан поставлялись туркмено-узбекский газ, казахстанский уголь, российский мазут, другие виды топлива в объёмах, достаточных для выработки электроэнергии на тепловых электростанциях этих республик, а также для отопления их населённых пунктов. В свою очередь Кыргызстан и Таджикистан значительно сокращали выработку электроэнергии на своих гидроэлектростанциях и ставили водохранилища в режим накопления воды. Например, в 1990 году в Таджикистан было поставлено примерно 5 млрд кубометров газа (примерно 6,2% от туркмено-узбекского газового экспорта), а в Кыргызстан – около 3,6 млрд кубических метров газа (4,5% туркмено-узбекского газового экспорта).

В летнее время поставки природного газа, а также угля и мазута в Кыргызстан и Таджикистан значительно сокращались. В свою очередь эти республики переводили свои водохранилища в режим максимального сброса воды. Вырабатываемой на гидроэлектростанциях электроэнергии хватало и на собственные нужды, и на поставки в Узбекистан, Туркменистан, ряд областей Казахстана и даже России. Параллельно с этим Узбекистан, Туркменистан и Южно-Казахстанская и Кызылординская области Казахстана получали из Кыргызстана и Таджикистана воду, подавляющая часть которой шла для сельскохозяйственных нужд.

В советское время водно-энергетической проблемы не было - благодаря эффективной экономической схеме обмена водными и энергоресурсами в условиях структурно-экономической взаимозависимости и интеграции в системе «Россия – Средняя Азия и Казахстан». Поэтому основные пути решения данной проблемы видятся в выстраивании схожей с советской модели водно-энергетического взаимодействия. Как минимум, в рамках самой Центральной Азии. Для этого необходимы политическая воля и серьёзная экспертная и аналитическая работа — для усиления сотрудничества между странами региона.

Денис Бердаков, политолог (Кыргызстан):

«Обладая достаточным потенциалом топливно-энергетических ресурсов, Кыргызстан в целом не в состоянии обеспечить свою энергетическую безопасность. Это происходит из-за следующих факторов: неравномерность с возмещением топливно-энергетических ресурсов, низкий уровень освоения (примерно 9-10%) и опережения темпов роста спроса на  энергоносители с их предложением, зависимость производства электроэнергии больших и малых ГЭС от природных климатических условий – как, например, в этом году.

В Кыргызстане высокая доля импорта природного газа – почти 100%, нефти и нефтепродуктов – 97%, угля из РК, и всё это закупается в долларах. За последние два года пандемии цены выросли катастрофически высоко.

Топливно-энергетическую безопасность надо рассматривать в комплексе: уголь, газ, электричество – всё взаимозаменяемо. Поэтому пройдёмся по отраслям. Если взять уголь, то с ним связаны огромный износ оборудования, недостаток оборотных средств, высокая задолженность, плохое состояние автодорог, что влияет на транспортировку угля. Объёмы добычи угля постоянно растут, что наносит серьёзный вред экологии. Имея огромный запас угля в Центральной Азии (второе место после РК), мы вынуждены импортировать его в значительном объёме.

В сфере газоснабжения наблюдается отставание от генеральной схемы газоснабжения «Газпрома», который является ключевым поставщиком голубого топлива и его реализатором. Проблема в этой сфере - не столько в инфраструктуре, сколько в социально-экономической модели нашего государства, где люди просто не могут себе купить газ, у них нет мотива переходить на газ, если можно использовать более дешёвую альтернативу.

Ключевая проблема топливно-энергетической системы в том, что 30 лет мы полагались на наследие Советского Союза. Продавали населению за копейки гидроэлектроэнергию, но при этом накопили гигантский долг – 130 миллиардов сомов, который постоянно увеличивается, и выхода из этой модели мы пока не видим. Нас ещё спасает то, что у нас почти мёртвая промышленность. К примеру, население Кыргызстана потребляет электроэнергии в два раза больше, чем наша промышленность, – и это при лимитах на ее потребление. Мы не сможем запустить ни одно предприятие, схожее с «Джеруем». У нас нет мощностей.

 И при всём этом, согласно программе президента, у нас планируется мощный рывок в сфере добычи природных ресурсов, что потребует серьёзных энергетических мощностей. Мы имеем перекошенный баланс, но пока его не замечаем, потому что ничего серьёзного не производим. Как только мы встанем на серьёзный путь индустриализации, то поймём, что ситуация не просто плохая – она уже катастрофическая и только ухудшается.

Действующая власть Кыргызстана столкнулась с очень серьёзным вызовом, но впервые в истории идёт системный поиск серьёзных инвестиций, чтобы преодолеть кризис, складывавшийся 30 лет. Такие шаги позволят не только выходить в ноль по балансу электроэнергии (производства и потребления), но и стать серьёзной экспортной энергетической державой».

Семён Уралов, руководитель научно-исследовательского центра проблем интеграции стран-участниц ЕАЭС «СОНАР-2050» (Россия):

«Я бы хотел обратить внимание на ближайшее будущее, которое ждёт нас в энергетике. С учётом того, куда в этом смысле вступила Россия, её союзники могут сыграть достаточно интересную партию. Это связано с ESG-трансформацией и обязательствами, которая Россия на себя приняла в рамках реформы низкоуглеродного развития. Схему придумали высокоразвитые страны G8. Если вкратце, это дополнительная нагрузка для всех производителей углеводородов, и это – попытка обложить страны, которые потребляют много энергии, дополнительной данью. ESG-трансформация может привести к ограничениям для наших корпораций, субъектов, связанных обязательствами по зелёной энергетике. Построена целая инфраструктура по привлечению дешёвых финансов, это возможность отчерпать доступные капиталы.

Самое главное, что открывается возможность манипуляции. То, что Россия берёт на себя обязательства, совершенно не означает, что эти обязательства будут принимать на себя союзники. И тут появляется очень интересная возможность манипулировать разными юрисдикциями.

Сейчас в РФ идёт серьёзная борьба за то, чтобы признать атомную энергию «зеленой» - чему очень сильно сопротивляется международный лоббизм. Но себестоимость классической электроэнергии – водородной или атомной – всё равно дешевле, чем любые зелёные проекты.  Но это прекрасная возможность черпать дополнительный капитал, обходя санкции.

В ближайшее будущее развитые страны, которые загнали себя нулевой углеродностью в ловушку, уже не смогут из неё вырваться, у них будет очень дорогая энергия. А страны с дешёвой энергией, которые согласятся играть по правилам дополнительной дани, останутся в стадии догоняющего развития.

А если будет задача развивать альтернативную энергетику, где взять деньги? «Газпром», «Роснефть» и все наши «монстры» уже заморочены углеродным рейтингом, соответственно, чтобы сохранить ESG-рейтинг, им нужно показать, где они активно вкладываются. При этом важно учитывать, что территория ЦА предрасположена к запуску ветряных и солнечных проектов. Но это будет выгодно только при условии, что это будет идти в паре с чем-то основным. Если взять в качестве примера контур  классической энергетики, тут без РФ никуда не деться. Как показала белорусская практика, Россия готова делиться высокотехнологичными  проектами, даже несмотря на внешнее давление. Для того чтобы участвовать в таких проектах, Кыргызстану  нужно включать лоббизм на более высоком уровне».

Нурлан Досалиев, эксперт по вопросам региональной безопасности, ветеран спецслужб (Кыргызстан): «Энергетическая безопасность - одна из важнейших составляющих национальной безопасности страны. Энергетическая безопасность – это состояние защищённости страны, её граждан, общества, государства и экономики от угроз надежному топливо- и энергообеспечению.
Два ключевых фактора, не зависящих от воли руководства и народа Кыргызстана, – климатический и геополитический. Геополитический фактор - один из ключевых внешних факторов, определяющий комплекс угроз для энергетической безопасности КР во внешнеполитической сфере. Этот фактор заключается в следующем: Кыргызстан так и не достиг уровня Швейцарии (вопреки утверждениям политиков в начале эры «независимости и демократии» после распада СССР); соседние страны с КР – это не соседи в Евросоюзе; присутствуют проблемы в погранично-территориальной сфере, а  также расхождения стран в оценке принадлежности гидро- и других ресурсов.

А также - наличие близкого очага региональной нестабильности – Афганистана, со всеми вытекающими  угрозами и рисками. Мощное воздействие со стороны других государств (в частности, США, ЕС) на страны региона по вопросам использования ресурсов Средней Азии, в первую очередь - воды. Навязывание теории «стран верховья и низовья», цель её – развязывание междоусобных войн за доступ к гидроресурсам.

В советское время существовал проект использования вод высокогорных рек, формируемых на территории республик СССР, для народного хозяйства данных республик, несмотря на то, что русла этих рек уходили на территорию КНР. В условиях, когда пустыня Такла-Макан наступает со скоростью более 100 метров в год, власти Китая делают всё возможное для обеспечения собственной энергетической, водной  и национальной безопасности. Поэтому с распадом СССР КНР завладела бассейнами высокогорных пограничных рек в Кыргызстане. Власти КНР оперируют планами на 50-100 лет вперёд - в отличие от нашей стороны. Главным геополитическим соперником в борьбе за воду для Кыргызстана является Китай. Против такого политического «тяжеловеса» в борьбе за свои ресурсы КР может использовать помощь только Российской Федерации.

Климатический фактор угроз для энергобезопасности КР. Кыргызстан по запасам гидроэнергоресурсов находится на втором месте среди республик Средней Азии и Казахстана. Однако в настоящее время эксперты региона и мира отмечают идущие в нашем регионе процессы аридизации. Это - комплекс процессов снижения увлажнённости  обширных территорий. Чему подтверждение - наглядные факты малоснежных зим и засушливого лета в последние несколько лет.

Основные факторы аридизации: снижение площади и массивности ледников, снежников; изменение гидрологического режима рек в отрицательную сторону. Необходим режим жёсткой экономии гидроресурсов, создание не на словах, а на деле системы (национальной программы) бережного отношения к воде. Это будет возможно только через 20 лет, когда произойдёт смена поколений.

Гидроэнергетика органически связана с гидромелиорацией (сельским хозяйством). Советский Кыргызстан в каждом районе располагал управлениями оросительных систем (УОС), где была сосредоточена вся документация по гидрологии и коммуникациям орошения. Где всё это богатое наследие? Кто может это всё поднять и использовать хотя бы на уровне 30-летней давности? Или мы дальше пойдём по пути афганизации, выдавая себя за «независимое демократическое государство»?

Если у современного Кыргызстана нет возможностей воссоздать инфраструктуру 30-летней давности, значит, годы независимости – это регресс, а не прогресс. На этом фоне соглашение с РФ о строительстве в Кыргызстане АЭС – это «манна небесная», спасение ситуации по всем направлениям. Считаю, что данный проект надо поддержать на всех уровнях, это реальный шанс для республики «выйти в люди». 

К многочисленным плюсам строительства АЭС в Кыргызстане добавим: подготовка и наличие специалистов, обслуживающего персонала позволит выйти на мировой уровень рынка труда, а процесс обеспечения безопасности деятельности АЭС будет сопровождаться параллельным ростом общей внутренней  безопасности  в республике.  Строительство АЭС позволит решить проблему занятости населения в глубинке, снять социальную напряжённость, одновременно создавая современную дорожную и прочую инфраструктуру».

Нурдин Кожогулов, гендиректор представительства московского института «Гидропроект» в КР (Россия): «Самая большая наша проблема заключается в том, что мы  говорим о гидропотенциале, но у нас отсутствуют какие-либо технико-экономические документы. Ведь, когда к нам приходят инвесторы с желанием строить, вкладывать деньги, то мы сталкиваемся с тем, что у нас нет подтверждающих документов. Любой проект, любое развитие начинается с проектных решений.

Открытие филиала «Гидропроект» в нашей республике – подтверждение того, что Россия готова сотрудничать с Кыргызстаном, готова помогать, разрабатывать проекты и содействовать тому, чтобы все наши электрические станции имели большое будущее. Наш филиал способствует развитию гидроэнергетики в стране.

Гидроэнергетика является самым «зелёным» проектом. Имея такой потенциал, придумывать новые «велосипеды» нет смысла. Мы можем все акценты расставить таким образом, что большие ГЭС будут работать на государственном уровне с привлечением в их деятельность наших стран-соседей, а малые ГЭС будут ориентированы на частных инвесторов. Надо принять программу такого сотрудничества. Есть национальные стратегии, но на сегодняшний день всё остается на бумаге. Если будет утверждена программа, вся отрасль будет работать согласно выбранному курсу. Руководители часто меняются, но мы не должны вместе с этим менять концепцию».

Мирослав Ниязов, экс-посол КР в Таджикистане и Афганистане: «В начале 2000 годов, когда я работал в посольстве КР в Душанбе, и Казахстан, и Узбекистан практически вышли из энергосистемы Центральной Азии и просто отказались брать нашу электроэнергию. Кыргызстан и Таджикистан остались как бы в одиночестве. И мы с таджикистанцами серьёзно задумались: излишки электроэнергии в летнее время у нас значительные, но мы вынуждены были сбрасывать воду вхолостую. Мы начали изучать возможность поставки электроэнергии в Афганистан, Пакистан, Индию. Так стала созревать идея будущего проекта CASA-1000. Помню, пакистанский посол нас заверил: для получения дешёвой гидроэлектроэнергии Пакистан готов провести линию электропередачи через территорию Афганистана до границы с Таджикистаном. Это, повторю, была вынужденная мера с нашей стороны. Хотя проект CASA-1000 для нас очень выгодный.

Вице-премьер Узбекистана мне рассказывал: от попыток использовать солнечную энергию в этой республике пришлось отказаться из-за того, что страна эта – очень пыльная. А вот в Кыргызстане, где воздух чище, по его словам, солнечные батареи, как и ветровые станции, могли бы стать актуальными. У нас, считаю, есть возможности наращивать альтернативную энергетику. Чтобы обеспечить себя  энергией, нам нужно строить и тепловые электростанции: запасы угля всех видов в республике огромные – 30 миллиардов тонн. Кыргызстану надо учиться реализовывать своё богатство. Но, увы, за 30 лет кыргызстанская энергетика оказалась не столь успешной, как советская. И российский проект по строительству в Кыргызстане атомной электростанции, думаю, заслуживает очень серьёзного внимания и поддержки».

Калый Рахимов, профессор Кыргызского технического университета им. И. Раззакова, заслуженный энергетик КР и СНГ, академик НАН КР:

«Самая главная причина энергокризиса в нашей стране – нехватка мощностей. Были политики, которые хотели понравиться населению. Они говорили: «Не надо поднимать тариф, нужно жалеть людей». В стране есть, конечно, малоимущие, но всё же эти политики здорово подвели республику. Всё дорожает – и газ, и уголь. А мы тариф держим. Вот почему у нас не хватает энергетических мощностей.

Путь решения вопроса энергетической безопасности я вижу в строительстве электростанций. Нужно строить и малые, и средние, и тепловые станции. Не нужно далеко ходить, можно построить хорошую станцию на угольном месторождении Кара-Кече. И себестоимость такой электроэнергии будет низкой.

Считаю, что не очень обоснованы мнения о том, что строительство «Датка-Кемин» увеличило надёжность нашего энергосектора. Можно было обойтись и без неё, были затрачены большие деньги. Реконструкция, модернизация ТЭЦ – тоже большие расходы. Теперь о реконструкции Токтогульской и других ГЭС. У нас есть гидростанции, которые работают 90 лет на том же оборудовании – Аламединское и Лебединовское. А мы действуем, как положено: выкидываем оборудование после 25 лет работы. А эти турбины и генераторы, трансформаторы сотни миллионов стоят. Они могли бы ещё лет 15-20 работать. Видимо, американцы соблазнили, обещая нам всё менять, но не строить ГЭС.

Нужно сближать сотрудничество Кыргызстана и России в энергетической сфере. Это сотрудничество последние годы было вообще на нуле – «РусГидро» ушла из страны. В советское время всё в республике строила Москва».

По итогам дискуссии участники круглого стола выработали предложения и рекомендации для заинтересованных государственных органов КР. 

   

   

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

Показать все новости с: Мирославом Ниязовым

03.02.2022 17:17

Энергетика

Система Orphus

Материалы по теме:

телеграм - подписка black
Свыше 15 тысяч

человек находятся в рабстве в Кыргызстане

Какой вакциной от коронавируса Вы предпочли бы привиться?

«

Июнь 2022

»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30